Поклон Матсьендранатх, повелитель Рая
Тело астросома в Океане света любви
Ухо дельфина, Богов обучающих стая
Тайна сновидения, дыхание пути
Поклон Махасиддха учения, держатель книги
Пророк знания, творец дакинь
Бесконечного разума гневные крики
Раскрытые как лотосы маки
Повелитель сексуальных практик
Возвышенное видение Шивы сознания
Дремлющий в каждом учителе тантрик
Повелевающий восприятием внимания

ОМ ШАКТИ ХРИМ!

С образом Матсьендранатха Тантра обретает неугасающий рассвет и открывается миру, как оформленное в артефакты духовное знание. Он считается основателем тантрической традиции натхов, каулов и махасиддхов, и почитается, как в ведической, так и в буддийской Тантре. Матсьендранатх считается мифическим существом, который создает базовый символ тантрического учения – устную и письменную передачу Тантры, которую он получил от Господа Шивы и богини Парвати в океане Ясного Света. Матсьендранатх олицетворяет астросом, тело йогина в форме «говорящей рыбы», то есть наше астральное тело, которое может слышать на расстоянии, ощущать океан эмоций и видеть образы других миров, иными словами у этого тела развито яснослышание, ясновидение и яснознание. Матсьендранатх является бессмертным существом, символом передачи тантрического знания от учителя к ученику. Ученик Матсьендранатха Горакшанатх считается основателем традиции натхов и олицетворяет принцип йогической брахмачарьи и наиболее искусного ученика-мастера, тогда как Матсьендранатх олицетворяет принцип гуру-царя и йогической кулы – сексуального соединения йога и йогини, вместе они представляют неразрывный союз диалектического развития тантрика, более подробно об этом рассказывается в тексте «Победа Горокхо». Мантра Гуру, янтра Гуру и пуджа Гуру являются базисом постижения всего комплекса Тантр, это то с чего начинается серьезное обучение в Тантре, поскольку без опоры на опыт Гуру мантры, мудры и Тантры не будут иметь достаточной силы раскрытия.

МОИ ПОКЛОНЫ ПОВЕЛИТЕЛЮ РЫБ ТАНТРЫ
ОМ ХРИМ НАМАХ!
Слава Тебе, о великий учитель Каула
Свободный повелитель натхов Натх
Не отрываясь от медитации стула
Ты создаешь Горакшанатха прах
Владыка Мина - плодородия Господина
Власть Кадолии - в тантрическом застолии
Тот, чье тело Парвати и Шива как половина
Закрывающему врата в преисподнии
Хранитель обетов, ценитель обрядов
Почтенный видьядхара парампары
Дарующий бессмертия вкус и правду
Наставник сиддхов в книгах Тантры
Держущий две рыбы дыхания астросом
В океане ясного света в аджне знак Ом
Слушающий ухом сердца речь Махадевы
Проклятый Парвати потерять память Веды
Танцор неподвижных воинов управления
Синтез учений в единую стрелу джняны
Дарующий веру и надежду, флаг просветления
Неотделяющий колесницы Хина Маха и Ваджраяны
ОМ ТАТ САТ!

КАУЛА ГУРУ МАТСЬЕНДРАНАТХ ПЕРЕДАЧА УЧЕНИЯ ТАНТРЫ ЧЕРЕЗ РЫБУ - УЛЬТРАЗВУК СЕРДЦЕ УЧЕНИКА - УЛЬТРАЗВУК РЕЧИ ШИВЫ АВАТАР РЫБА МАТСЬЯДЕВА 
ОМ ШАКТИ ХРИМ!

Формы Маччендра, Мачченда и Маччиндра являются устными вариантами имени Матсьендра. Форма Матсьягхна, так же встречается в тексте Каула-джнана-нирная (гл.16 ст.37). 
«О, Величайшая, отбросив жизнь (статус) брамина, Я действовал как рыбак. Брамин, который убил рыбу и вернул знание из ее живота, известен как Матсьягхна. Так как Владыка браминов действовал подобно рыбаку, он стал Кайвартой (Рыбаком; Обладателем рыбы.)» 
Соответственно, мы можем предположить что Матсьендра, бывший брамин, был назван Матсьягхной, потому что он стал Кайвартой, т.е. рыбаком который убил рыбу, проглотившую тайную Кулагаму. Существует еще одна, странная интерпретация этого имени, изложенная Абхинавагуптой, в его Тантралоке. 
В его стихах имя Маччанда, интерпретируется, как «тот, кто разорвал узы». Но этимологически это имя, явно не обоснованно, и автор, вероятно, имел ввиду другое слово - Маччагхна. Матсья-Мачча, в школах Кашмирского Шиваизма, действительно интерпретируется как паша или индри, и Абхинавагупта, в то время говорил «рагарунам джалам», где вероятно подразумевалось слово матсара или матсарйа которые этимологически не очень понятны. Но если словом матсья обозначают «препятствия к духовному знанию», то это делается только в переносном смысле и в конкретном контексте. 
Но это не повод предполагать, что слово матсья, в имени Матсьендра употребляется в переносном смысле и что Матсьендра, это не личное, а нарицательное имя Сиддха, который достиг исключительной стадии в мистической реализации. Из стихов Кауладжнананирнаи, очевидно, что слово матсья в именах Матсьендра, Матсьягхна или Маччагхна, изначально употреблялось не в переносном смысле, а как литературное значение слова «рыба», указывающее на имя «Кайварта» или «рыбак; обладатель рыбы». В связи с развитием мистического культа Матсьендранатха, его прославлением и отождествлением с Шивой, в течение времени, его имя по-разному интерпретировалось. Интерпретация Абхинавагупты в Тантралоке, как раз характеризует очередной этап в этом развитии. 
Согласно другим источникам, Минанатха, отличается от Матсьендранатха и является его сыном. Несмотря на это обстоятельство, эти имена являются синонимами. В колофонах, некоторых глав Кауладжнананирнаи, мы встречаем имена Минанатха или Минапада, и это объясняется тем, что оно наследует имя Матсьендра. Оно встречается как в конце, так и в середине текста. Исходя из этого, можно предположить, что, когда эта работа создавалась, эти два имени считались синонимами и указывали на одну личность. Колофоны Акулавиратантры (1), также содержат имя Минанатха, а в колофононах Акулавиратантры (2) указанно имя Маччендрапада. Эти два манускрипта, являются разными версиями одного текста, и в то время, когда они составлялись, эти имена употреблялись для одной личности. 
История Матсьендранатха очень таинственна, и в течение долгого времени обсуждалась различными школами, без каких-либо определенных результатов. Грубо говоря, в разных частях Индии ходят два цикла легенд, легенда о Матсьендранатхе и легенда, о короле Гопичандре. Легенда короля Гопичандры не имеет прямого отношения к истории Матсьендранатха. Она рассказывает о борьбе с суровыми испытаниями, через которые прошел король Гопичандра, во время своих духовных поисков. Он был учеником Джаландхара-пады - великого ученика самого Матсьендранатха, и поэтому легенда о Гопичандре, имеет только косвенное отношение к истории Матсьендранатха. История Гопичандры, обстоятельно рассмотрена в статье Гопала Халдера, опубликованной в газете 6-ой Всеиндийской Азиатской Конференции. Поэтому здесь, я рассматриваю только второй цикл легенд, которые имеют отношение к истории Матсьендранатха и его ученика Горакшанатха. 

1) История Матсьендранатха, поведанная в Кауладжнананирнае. Этот текст, является наиболее древним из всех доступных источников информации о Матсьендранатхе и его школе. Поэтому легенда о Матсьендранатхе, содержащаяся в нем, видимо также более древняя, чем остальные легенды. В 16 главе этого текста, Бхайрава т.е. сам Шива рассказывает о своих воплощениях как Сиддхи, отождествляя себя с Матсьендранатхом, он говорит: «Я тот рыбак, лучший из героев» (стих 11). Далее в (стихах 21, 22), он рассказывает своей супруге, что это он открыл ей священное знание в Камарупе – священное знание Карттикеи (санмукха). Это было знание Кулагамы – Канон Кулы, который он хранил в Чандрадвипе. Затем, он рассказывает историю, которая произошла с этим священным знанием (стих 29). Когда он пребывал в Чандрадвипе, со своей супругой, Карттикея пришел к нему как ученик. Под влиянием неведения, он украл Шастру содержащую мистическое знание и бросил ее в море. Бхайрава (воплощенный как Матсьендранатх) пришел к морю и поймал рыбу, которая проглотила Шастру, он вскрыл ей живот и вернул священный канон. 
Вор, пришел от этого в ярость, выкопав подземный ход, он снова украл Шастру и бросил ее в океан. И ее опять проглотила рыба огромного размера. Это вызвало гнев Бхайравы, он приготовил сеть, своей духовной силы (шактиджалу), поймал рыбу и стал тащить ее берег. Но рыба сильно сопротивлялась действиям Бхайравы. Так как она обладала духовной энергией, с ней не легко было справиться даже Богу. Тогда Бхайрава, вместо своего образа брахмана принял образ рыбака, чтобы лучше сражаться с рыбой. «О Деви, Я брамин, который стал рыбаком. Сетью, своей духовной силы, Я вытащил рыбу, и извлек Кулагаму из ее живота. Несмотря на то, что Я брамин, Я действовал как рыбак. Брамин, убивший рыбу, известен как Матсьягхна – повелитель браминов». 
Из этого трудно извлечь какую либо историческую информацию. Совершенно очевидно, что в этой цитате преобладает сверхъестественный аспект. Тем не менее, мы можем предположить что: 
а) Кулагама была открыта рыбаком, в Чандрадвипе, рыбак – это сам Матсьендранатх, который вероятно по происхождению был брахманом, но чтобы сохранить священное знание, он отверг этот статус. 
б) вероятно, что впервые, он начал передавать другим, это мистическое знание, в Камарупе. 
в) когда эти легенды были написаны, Матсьендранатх, уже считался воплощением Шивы. 
г) на основании других мистических историй, в то время предполагалось, что Карттикея в образе мыши украл Кулагаму, с Чандрадвипы и бросил ее в море, где ее проглотила большая рыба, из живота которой, ее извлек Матсьендранатха; и таким образом в последствии утвердилось имя Матсьягхна – убийца рыбы. Эта часть истории могла возникнуть на основании символических указаний или популярных легенд. 

2) Бенгальская легенда. Эта легенда, в основном сохранилась в поздних текстах, таких как Горакшавиджая, Миначетана и прочих. Она повествует о Шиве и четырех сиддхах порожденных Творцом; Мине, Хадипхе, Горакшанатхе и Канпхе. Девушка по имени Гаури была отдана Харе. Горакша, стал учеником Мина, а Канпха, учеником Хадипхи. Однажды когда Шива, посреди моря, передавал тайные знания своей супруге, Мин обернувшись рыбой, подслушал их разговор. Шива обнаружил его и проклял, чтобы он забыл знание. Впоследствии Шива, через свою супругу, подверг испытанию своих учеников и обнаружил, что только Горакша оказался внутренне устойчив. Минанатха, по указанию Деви, отправился в страну женщин называемую Кодали, где он попал в женские сети. Забыв все, о своей предыдущей деятельности, он стал проводить свои дни в развлечении с 1600 женщинами этой страны. Впоследствии, он был спасен от женских чар своим учеником Горакшей, который в образе пчелы, незаметно проник во дворец и с помощью танца напомнил Мину, кем он был раньше. В этом тексте Минанатха часто называют Мочандор, это устная форма имени Матсьендра. 

3) Непальские легенды. В Непале ходят две устоявшиеся легенды о Матсьендранатхе, в которых он является буддийским вдохновителем, и эти легенды отличаются от брахманичеких. Во всех буддийских легендах, Матсьендранатх, идентичен Авалокитешваре (S. Levi. Le Nepal). Одна из легенд, повествует о том, как однажды Горакшкнатх пришел в Непал, чтобы встретить своего Гуру Матсьендранатха, который часто посещал гору Камари в южной долине. Множество трудностей на пути, Горакшанатх, преодолел хитростью. Девять нагов, он заключил под панцирь черепахи и сел на них сверху. В результате чего настала засуха, и долина оставалась без дождя 12 лет. Страну уничтожал голод. Бандхудатта, Гуру короля Нарендрадевы, знающий как исправить ситуацию, вместе с королем, отправился на гору Капотпла, чтобы призвать Авалокитешвару, т.е. Матсьендранатха. Достигнув Капоталы, Бандхудатта долго поклонялся Авалокитешваре, чтобы тот проявил сострадание к Непалу. Авалокитешвара, проявился перед Бандхудаттой и передал ему тайную мантру. Затем он вернулся к Джнанадакине, которую почитал как свою мать. Согласно полученным наставлениям, Бандхудатта повторял эту могущественную мантру, чтобы призвать Авалокитешвару. Аволокитешвара появился перед ним в образе черной пчелы, и вошел в камандалу. В этот момент, Бандхудатта, ударом ноги пробудил спящего Нарендрадеву, и тот внезапно закрыл отверстие священного кувшина. Таким образом, Авалокитешвара, оказался в заключении и был впоследствии перенесен в Непал, где он устроился, во всем великолепии, в местности называемой Бугама. В Непале пошли обильные дожди, и он оказался спасен. Это Божество умиротворяется поклонением в Бугаме, и раз в год, во всем великолепии, совершается ятра. Однако последняя часть, этой истории, ничего не говорит о Горакшанатхе который заключил нагов, чем таким образом, способствовал наступлению засухи. 
Брахманическая вариант, этой истории, сохранился в Будда-пуране. (S. Levi, Le Nepal) Однажды Махадева дал еду, женщине, которая очень хотела иметь ребенка, и пообещал ей, что у нее родится сын. Но женщина не поверила в это, и бросила еду в кучу навоза. Спустя 12 лет Махадева вернулся, чтобы увидеть мальчика. Женщина, не послушавшая его наставлений, пошла, искать мальчика в навозе. Она очень удивилась, обнаружив там двенадцатилетнего мальчика. Этот ребенок получил имя, Горакшанатха. Впоследствии, он встретил своего духовного учителя, Матсьендранатха, и верно следовал за ним, перенося его багаж. Однажды, Горакшанатха пришел в Непал, но был не доброжелательно принят в этой стране, рассердившись, он поймал облака и сел на них сверху, на 12 лет. Из-за этого весь Непал был охвачен голодом и засухой. К счастью, в то время, в Непал пришел Матсьендранатх, и Горакшанатх не мог не встать, когда увидел своего Гуру. В этот момент, облака выскользнули, и пошел сильный дождь. 
Из этих двух легенд, брахманическая, видимо более древняя и более полная. Однако она ничего не говорит, о происхождении Матсьендранатха. Она только устанавливает тот факт, что он был Гуру Горакшанатха. 
Буддийская легенда только лишь дополняет брахманическую, некоторыми подробностями: 
а) Она идентифицирует Матсьендранатха с Авалокитешварой, который согласно буддийским источникам, пребывал на горе Потала или Капотала. 
б) Синхронность событий (засухи и голода), в ней, совпадает с царствованием Нарендрадевы, о котором ничего не сказано в брахманической истории. 
в) Вместо прибытия в Непал, Матсьендранатха (как Авалокитешвара), по собственному согласию входит, и заключается в кувшине, в образе черной пчелы. 
В Непале, Матсьендранатх, полностью идентичен Авалокитешваре, и население до сих пор почитает его, как Красного Локешвару из Бугамы. Но это почитание, вместе с ним разделяет другой персонаж, по имени Минанатха, который предположительно, является младшим братом Матсьендранатха. Его почитают почти в равной степени. На основании всего вышеуказанного, у нас нет причин отдавать предпочтение буддийскому варианту легенды, как более достоверному, чем брахманический. Одновременность, прибытия Матсьендранатха в Непал и царствование наследника Нарендрадевы, не имеет под собой какой либо достоверной основы. Тем не менее, профессор Леви считает, что в Непале изначально существовал Локешвара из Бугамы, а Матсьендранатх был только идентифицирован с ним, впоследствии. Из миниатюры 11 века, опубликованной профессором Фоучером, мы узнаем только о непальском Локешваре из Бугамы, и там не возникает вопросов о его идентичности с Матсьендранатхом. В древнем непальском, буддийском источнике «Вамшавале», принадлежащему 13 веку, так же не обсуждается вопрос о прибытии Матсьендранатха в Непал, во время царствования Нарендрадевы или его приемника. Там говорится только о том, что Бандхудатта, наставник Нарендрадевы, совершил ятру (паломничество) к Локешваре на Бугаму, и по всей вероятности, впервые ввел этот обычай. Исходя из этого видно, что идентификация Локешвары из Бугамы с Матсьендранатхом произошла, вероятно, не раньше 11 века. Культ Матсьендранатха был введен, примерно в это время, и идентификация произошла после введения этого культа. И только после 15 века культ Матсьендранатха стал прогрессировать, становясь в Непале, все более популярным. Это так же подтверждается многочисленными стихами из популярных историй о Гопичандре и Горакшанатхе, которые были написаны на местном диалекте, после 15 века. Бенгальская литература на эту тему, также написана примерно в это время. 
Следовательно, из Непальских легенд, мы можем выделить следующие моменты, как достоверные: 
а) Матсьендранатх был Гуру Горакшанатха. 
б) Матсьендранатх в образе черной пчелы был пойман в кувшин, а потом был спасен оттуда, хитростью Горакшанатха. Это видимо интерпретация другой истории, согласно которой, Горакшанатх, в образе черной пчелы, спас Матсьендранатха из сетей женщин. Видимо впоследствии, эта особенность проявилась в имени Бхрингапада, которое является другим именем Матсьендранатха, согласно традиции изложенной в Кауладжнана-нирнае. 

4) Легенды Пенджаба и Северо-востока Индии. Среди йогических школ Пенджаба и северо-западных районов Индии, существует большое количество легенд о Матсьендранатхе и Горакшанатхе. Все они собранны из различных племен и каст Пенджаба, Северо-запада и других пограничных районов. 
1. Как-то раз, один преданный Шивы, желающий иметь ребенка, по милости Парвати, получил немного пепла от Шивы, с указанием дать его жене. Его жена была настроена скептически, и вместо того чтобы съесть пепел, бросил его в кучу навоза. Впоследствии, в куче навоза был найден ребенок, он был доставлен к Шиве, который предсказал, что мальчик станет великим аскетом, и захотел оставить его себе. Так как он родился в коровьем навозе, Шива назвал его Горакшанатх, и поручил ему найти для себя Гуру. Во время поисков учителя, он ушел далеко к морю, там он сделал подношение, предложил булку на пальмовом листе. Появилась рыба Ракхо, и проглотила это подношение, а спустя 12 лет возвратила обратно, но уже не лист, а мальчика, которого Шива назвал Матсьендранатх. Впоследствии, он и стал Гуру Горакшанатха. Горакшанатх следуя наставлениям Шивы начал распространять Его учение, и у него было двенадцать учеников; Сант Натх, Рам Натх, Шаранг Натх или Бхаранг Натх, Дхарм Натх, Байраг Натх, Дарйа Натх, Каик Натх, Нага Натх, Гангай Натх, Дхаджа Натх и Ним Натх. 
2. Другая легенда, повествует о том, как Бесформенный Создатель (Ниранджнан Ниранкар) сотворил Горакшанатха из (капель) пота со своей брови. Горакшанатх, стал отцом Матсьендранатха, и сразу после его рождения отправился в пустыню для поклонения (Богу). За это действие, он был упречен в невоздержанности, и решил, что необходимо найти Гуру. Но он не встретил никого, кто был бы достоин, быть Гуру, кроме своего собственного сына, и впоследствии он нашел его и назвал своим Учителем. 
3. Брахманическая легенда рассказывает о том, как Шива стал возлюбленном Мохини, для сражения с Брахмасурой, врагом Шивы, он принял образ Бхагавана (т. е. Вишну), и таким образом стал отцом Маччендранатха. Посредством коровы, он так же стал отцом Горакшанатха. 
4. Еще одна легенда, которая излагается в форме диалога между Рамой и Васиштхой, повествует о том, как Адинатха (Шива), своей духовной силой, дал посвящение злому духу по имени Джаландхара, наставив его на путь истины. У него (Шивы) было два ученика, Маччендранатха и Джаландхарипа, приставка па добавилась позже. Маччендранатха впоследствии, сделал Горакшанатха своим учеником.

МАТСЬЯ ТАНТРА - УЧИТЕЛЬ ТАНТРЫ НА РЫБЕ МАТСЬЕНДРАНАТХ ВИШНУ РЫБА - МАТСЬЯ ДАГОН РЫБА ХРИСТА РЫБА СУЩНОСТЬ РЕЛИГИОЗНОГО СИМВОЛА
ОМ ШАКТИ ХРИМ!


 

СВЯТАЯ РЫБА ЗНАКА РЫБ ПАНЧАМАКАРЫ 
ОМ ШАКТИ ХРИМ!

Я словил, наконец то, удачу 
Я нашел рыбу- Тантру золото 
Я теперь не горюю, не плачу 
Разбиваю свою гордыню молотом 
Подчиняюсь океану огромному 
Изливаюсь водорослями феями 
Не становлюсь подобен сонному 
Не играюсь в магию с тенями 
Щука рыба Даны, повеления 
Наделяющая сущностью вожделения 
Обретающая страстно желаемое 
Отданное вернется посвящаемое 
Дельфин Кришны созвездия 
Дающий истинное возмездие 
Урок астрологии от Всевышнего 
Ультразвук говорящий слышно ль? 
Кит Брахмы величина мира 
Ус, зуб, живот, выстрел в небо 
Надутый движением вены эфира 
Означающий всякую потребу 
Камбала пребывающая на дне восприятия 
Взирающая одним глазом, отдыхающая 
Перетекающая волной, лентой принятия 
Поверхность реальности отражающая 
Премудрый Пескарь - молчаливый 
Сидящий в стороне, остраненный 
Медитирующий, обычный, трусливый 
Затаенный, спрятанный, свободный 
Угорь магнетический магический лунный 
Сущая змея в форме рыбы электричества 
Извивающийся, податливый, безумный 
Подобный звукам его святого величества 
Меч рыба, молот рыба, звезда рыба - Калагия 
Проявляющая символ меча в сознании 
Играющая иллюзиями высшая магия 
Бегущая в осознанном сновидении и внимании 
Сом превосходный, астрал принимающий 
Глубоко плывущий, широко понимающий 
Звучание сущего, наполнение мудрое 
Богатство в каждом взгляде не трудное 
Окунь острый, блистающий жаром окраски 
Бегущий, нацеленный, юркий, опасный 
Одевающий разные яркие, пылкие маски 
Омываемый любовью оранжевокрасный 
Акула мощная, как выстрел из дула 
Познающая суть охоты одиночества 
Сам эгоизм, как организация кула 
Разрезающая своим движением пророчества 
Спрут - сама церковь, двор, религия 
Поглощающий эгрегор почитания 
Точное, выбранная интуиция, стратегия 
Многовариантность и безликость сознания 
Золотая Рыбка любимая, несравнимая 
Высшая волшебница, исполняющая милость 
Сама любовь Деви из пены ранимая 
Жертва и сострадание, Христа боготворимость 
Убравшая из тела конечности и углы 
Преобразовавшая ауру в фосфор чешуек 
Русалочка самого Океана волны, валы 
Трепет сердца подводных воздушных струек 
ОМ ТАТ САТ! 

Дельфины — небольшие, обладающие исключительными гидродинамическими свойствами, морские животные. С давних времен известно было, что дельфины обладают интеллектом, любят играть и дружелюбны по отношению к человеку. Об этом не раз повествовалось в трудах Эзопа, Геродота, Аристофана, Плиния Старшего и многих других. В искусстве античного ваяния, и вообще в искусстве, изображение дельфина стало одним из самых любимых. И хотя дельфин никогда не трактовался, как некий «царь» морской стихии, именно он и стал общепринятой эмблемой моря. 

Дельфин, как самый быстрый, по мнению древних, морской зверь, становится и символом скорости. 

Дельфин, обвивающий якорь, символизировал остановку движения корабля, надежность якоря; а также предусмотрительность. Проявляемая дельфинами симпатия к человеку, тоже далеко не безынтересна. Рыбаки очень давно встречались с проявлениями этой симпатии, когда дельфины загоняли рыбу в их сети, и называли это «взаимностью», ибо какую-то часть пойманной рыбы отдавали обычно добровольным «помощникам». Тут любопытно кашубское присловье: «не был бы дельфин слишком прожорливым, так имел бы полную свободу». 

Наличие таких свойств, как скорость движения, хитрость и осторожность, и стало поводом для того, чтобы сделать дельфина символом навигации, судоходства (это ведь намного проще и конкретнее, нежели изображение Посейдона — с трезубцем и якорем). Дельфин символизировал водную стихию. Так дельфин стал покровителем судоходства, мифическим перевозчиком богов. 

Перед изменением погоды к худшему, к приближению периода штормов, дельфины уходят в глубину моря, прячутся от непогоды. Поэтому античные мореходы одарили дельфина свойством провидца. Причем, не только метеорологического, но и предчувствующего иные виды опасностей. Данте в «Божественной комедии» («Ад») писал: «Дельфин, выныривая из морской волны, дает плывущим знак, чтобы себя хранили». Кстати, морякам в те далекие времена помогало определяться в плаванье именно созвездие Дельфина. 

Кроме всего прочего, дельфинам приписывается музыкальный слух, любовь к музыке. 

Образ дельфина связан и с праздником, радостью. С IV века до позднего Средневековья было принято делать масляные светильники именно в форме дельфина. Эта форма продиктована еще и ее практичностью — ведь еще древнекитайские и древнеегипетские светильники делались в виде некоего соусника с длинным носиком, из которого торчал кончик фитиля. 

Спаситель и психопомп, провожатый душ в подземном мире, спаситель людей, потерпевших кораблекрушение, царь рыб. 

Символизм дельфина происходит напрямую из природного дружелюбия, игривости и сообразительности этого морского млекопитающего. 

умное и преданное человеку морское млекопитающее животное, с давних пор привлекавшее внимание в Средиземноморье. 

Изображение дельфина можно увидеть на многих аллегориях и эмблемах; иногда оно парное. Когда два дельфина или какая-то рыба указывают в одном направлении, парное изображение, возможно, подчиняется закону двусторонней симметрии чисто как украшение, или служит символом равновесия. Но обратный порядок расположения, то есть с одним дельфином, указывающим вверх, и другим — вниз, всегда символизирует двойственные космические потоки инволюции и эволюции; это то, что испанский писатель XVII века Сааведра Фахардо подразумевал под «либо вверх, либо вниз». Сам дельфин — это аллегория спасения, вдохновленная древними легендами, которые изображают его как друга человека. Изображение дельфина ассоциируется с якорем (другим символом спасения), с языческими, эротическими божествами и с другими символами . 

Основные значения: 
моря, его постоянного беспокойства, бурливости; 
любви, приятности, мягкости и нежности характера, щедрости; 
свободы, воскресения из мертвых, освобождения, избавления; быстроты, скорости; предсказания погоды. 
Символизирует морскую власть, безопасность и скорость. Два дельфина, смотрящие в разные стороны, олицетворяют двойственность природы. Дельфин с якорем означает скорость и медлительность, два дельфина вместе — середину между крайностями («поспешай медленно»). Спасение, превращение, скорость, мощь моря, любовь. 

Древний Восток 
В шумеро-семитской мифологии дельфин использовался вместо рыбы в презентациях Эа-Оаннеса. Является атрибутом Иштар и посвящен Атаргатис. 

Египет 
У египтян является атрибутом Изиды. 
В Древних Греции и Риме его изображение высекается на столбах—метах в местах, где проводились гонки колесниц, а также на обоих концах стены, которая обычно делила полосу для гонок на две линии. Достигнув меты, кони должны были поворачивать на полном скаку. Кстати, кони, как и дельфины, согласно мифам, являлись слугами бога моря Посейдона (Нептуна), упряжку которого и влекли на его изображениях. Возле «мет» всегда толпились многочисленные зрители, и убогим женщинам из простого народа разрешалось здесь гадать по ладони, на чашке. Ведь дельфин считался существом как бы волшебным, а значит, и все связанное с ним, имело «колдовское» поле. 

Он доставил на берег рожденную из морской пены Афродиту, и тут же сподобился стать и символом любви, плодовитости. Молодой бог Дионис, будучи покровителем всех плавающих под парусом, превратил в дельфинов тирренских разбойников-пиратов, которые хотели захватить Диониса в плен. Раскаиваясь в содеянном, преступники ставшие морскими жителями, начали помогать всем, кто терпит бедствие в море. Так что дельфин — еще и символ искупления прежней вины. Правда, в одной из басен Эзопа дельфины топят в море обезьяну, которая пыталась выдать себя за человека… 

Аполлон, бог искусств, недаром получил прозвище: «Delphinios», ибо не раз появлялся в образе дельфина, а также ездил на этом морском звере, как и Афродита. Когда корсары заставили божественного артиста Ариона петь для них, а после исполнения последней арии, выбросили его за борт, то певца подхватили дельфины и в полной безопасности доставили в Коринф. 

Согласно пифагорейской теории, душа умершего человека переходит в тело дельфина. Существует и легенда о том, что в дельфинах возрождаются души погибших в море моряков. 

В Древней Греции — психопомп, сопровождающий души к Островам Блаженных. Обладает как лунными, так и солярными признаками: в связи с Аполлоном Дельфийским символизирует свет и солнце; будучи созвучным со словом утроба — лунное начало. Имеет эротический символизм, если изображается с «женщиной моря» Афродитой или Эросом. Атрибут морского владыки Посейдона и Диониса. Обнаженная Тетис плывет по морю на дельфине. В минойской культуре олицетворяет власть на морях. 

Рыба в представлениях первых христиан символизировала их веру. Это часто был дельфин, поскольку рыба, поглотившая ИОНУ, была «большой рыбой» (по русской Библии — кит). В этом сюжете видели прообраз смерти и Воскресения Христа и, вероятно, по этой причине дельфин стал символом этого. 

В сюжетах из классической мифологии дельфин является атрибутом НЕПТУНА; родившейся из пены морской BEНЕРЫ; персонифицированной воды (одного из ЧЕТЫРЕХ ЭЛЕМЕНТОВ). Дельфин везет колесницу нереиды ГАЛАТЕИ, Персонифицированная ФОРТУНА, подобно морской Венере, может ехать верхом на дельфине, как и АРИОН (юноша с лирой). Моряки прыгая за борт, превращаются в дельфинов (БАХУС, 3). См.т.ж. ЯКОРЬ. 

В греческой, критской и этрусской мифологиях сами боги путешествуют на дельфинах. Считалось также, что дельфины спасают тонущих героев или доставляют души на Острова Блаженства (что повлияло впоследствии на их значение в христианском символизме). Они были атрибутом Посейдона (в римской мифологии Нептуна), Афродиты (Венеры), Эроса (Купидона) и Деметры (Церцеи). Дионис (Бахус) превращал пьяных и нечестивых моряков в дельфинов и сам превращался в дельфина, чтобы доставить критских пилигримов в свое святилище в Дельфах. 

По преданию, дельфин спас греческого певца Ариона, вынеся его после кораблекрушения на берег. Согласно легенде, Аполлон принял образ дельфина, чтобы доставить критян в Дельфы, где они соорудили храм. Имя Аполлон Дельфийский (господин дельфинов), по-видимому, обозначает, что Аполлона чтили в минойских областях с символом дельфина. Неясно только, отсюда ли происходит наименование «Дельфы». В остальных случаях дельфин был атрибутом владыки моря Посейдона, и один из дельфинов, по преданию, сочетал браком бога морей и его супругу Амфитриту. Поскольку, по преданию, Посейдон создал первую лошадь из скалы и иногда сам превращался в жеребца, то в числе его атрибутов имеется и лошадь. Поэтому на ипподромах часто изображались фигуры дельфинов для указания количества пройденных кругов. Согласно легенде, бог виноградарства и виноделия Дионис превратил пиратов в дельфинов. Родившаяся из морской пены Афродита (Венера) также часто изображается с дельфинами. На надгробиях этрусков можно видеть дельфинов, которые несут души усопших в страну обетованную; лишь в значительно более позднее время укоренилось мрачное представление о потустороннем мире типа Аида. 


У римлян символизирует путешествие души через море смерти к Островам Блаженных. 

Северная традиция 
В кельтском эпосе дельфин связан с поклонением источникам и с силами вод. 

Иран 
В митраизме связан с Митрой, символом света

Христианство 
Эмблема Христа Спасителя

Как эмблема жертвы Христовой, дельфин часто изображался раненный трезубцем или с тайным символом креста — якорем. 

В раннехристианском изобразительном искусстве дельфин изображался вместе с трезубцем и якорем, — креста ведь еще не было, он ассоциировался с орудием казни и мученичеством. 

Именно изображение дельфина в ту пору — с якорем и ладьей, стало символом христианской церкви. Вполне вероятно, что тут сыграла роль и графическая анаграмма «Рыба», бывшая у христиан своеобразным паролем (греческий вариант латинской аббревиатуры «INRI» над головой распятого Иисуса, то есть «Иисус Назарянин царь Иудейский». 

В греческой мифологии дельфины отвозят души умерших на остров Благословенных. В этом аспекте и трансформировался образ дельфина в раннем христианстве — в символ Иисуса Христа Спасителя, избавителя от Зла (лат. «Delphinus Salvator»). 

В христианстве — это Христос, спаситель душ, переносящий их через смертные пучины. Дельфин с якорем или кораблем олицетворяет церковь, ведомую Христом. В христианстве этот символ иногда заменяет ковчег спасения и возрождения. Дельфин, пронзенный трезубцем или прикованный к якорю, означает распятого Христа. Дельфин, занимающий место кита, означает воскресение. 

В христианском искусстве дельфина можно встретить гораздо чаще, чем других морских обитателей. Он стал символом воскрешения и спасения. Считалось, что дельфин, самая сильная и быстрая из морских тварей, переносит через море души покойных в мир иной. Дельфин, изображенный вместе с якорем или с лодкой, символизирует душу христианина или Церковь, которую Христос ведет к спасению. Кроме того, в сюжетах о пророке Ионе дельфин часто изображается вместо кита, что привело к использованию дельфина в качестве символа Воскресения^ а также, хотя гораздо реже, в качестве символа Христа. 

Геральдика 
Дельфин в геральдике: это доблесть, храбрость, постоянная готовность к бою. Причиной для такого мнения стал грозный оскал зубастой дельфиньей пасти, сильный хвост. Поэтому изображение дельфина фигурирует в гербах многих портовых городов, в корабельных эмблемах, обозначая свободу торговли и безопасность морских путей. В 1150 году дельфин стал деталью герба властителей нижней Бургундии, которая из-за этого стала называться Дельфинатом (франц. «Dauphine»); после смерти последнего бургундского князя, не имевшего потомства, княжество перешло под власть короля. Начиная с 1349 года и до 1830 первородный сын французских королей стал носить поэтому титул Дельфина (Дофина). 

Наследники французского трона назывались дофинами (дельфинами), но без какого-либо отношения к символизму дельфинов — это было личное имя, ставшее титулом властителей провинции Дофин и перешедшее к французским королям в XIV в. 

В геральдике дельфин изображается в виде покрытой чешуей «морской свиньи», например на гербе Дофине, исторической провинции на юго-востоке Франции. Наследники престола во Франции, у которых на личном гербе были нарисованы дельфины, назывались «дофины» (фр. «дельфины» означает дофины). 

Эмблематика 
В переплетении с якорем дельфин является символом осторожности (ограничения скорости). 

Древние также считали, что дельфин был самым быстрым морским животным; и, следовательно, когда среди эмблем Франческо Колонны два дельфина изображены вокруг якоря, то это означает торможение скорости, то есть рассудительность. 

Дельфин, вынесенный приливом на берег.// Меня губит то, что должно меня хранить. Символ черной неблагодарности. Дельфин, резвящийся в волнах.//Он предвещает шторм. символ предостережения. Дельфин, вышвырнутый Морем на берег. символ изгнания или опасностей и непостоянства моря. "Дельфин на берег моря был выброшен волной, "Хотя и был он вскормлен пучиною морской. "И если уж ему Нептун не благоволит, "То как же люди в лодках смеют уповать на лучшее?

http://www.symbolarium.ru/index.php/Дельфин

МАТЬСЯ РЫБА ТАНТРИЧЕСКОГО ДЫХАНИЯ МИФ О РЫБЕ ПЕРЕДАЧЕ ТАНТРИЧЕСКОГО УЧЕНИЯ ШИВОЙ ВАХАНА МАТСЬЕНДРАНАТХА УЛЬТРАЗВУК ДЕЛЬФИНА КОЛЬЦА ДЕЛЬФИНА КОСМОС ДЕЛЬФИНА ШИШУМАРЫ РЫБА ТАЙНА ПОСВЯЩЕНИЯ В ТАНТРЕ
ОМ ШАКТИ ХРИМ
!

МОИ ПОКЛОНЫ ПОВЕЛИТЕЛЮ РЫБ ТАНТРЫ
ОМ ХРИМ НАМАХ!
Слава Тебе, о великий учитель Каула
Свободный повелитель натхов Натх
Не отрываясь от медитации стула
Ты создаешь Горакшанатха прах
Владыка Мина - плодородия Господина
Власть Кадолии - в тантрическом застолии
Тот, чье тело Парвати и Шива как половина
Закрывающему врата в преисподнии
Хранитель обетов, ценитель обрядов
Почтенный видьядхара парампары
Дарующий бессмертия вкус и правду
Наставник сиддхов в книгах Тантры
Держущий две рыбы дыхания астросом
В океане ясного света в аджне знак Ом
Слушающий ухом сердца речь Махадевы
Проклятый Парвати потерять память Веды
Танцор неподвижных воинов управления
Синтез учений в единую стрелу джняны
Дарующий веру и надежду, флаг просветления
Неотделяющий колесницы Хина Маха и Ваджраяны
ОМ ТАТ САТ!
Элиаде М. Йога. Бессмертие и свобода 
Как и все другие выдающиеся религиозные направления Индии, школа канпхата-йогинов тоже утверждает, что ее учение существовало еще до сотворения мира и что боги Брахма, Вишну и Шива стали первыми учениками Горакхнатха (Бриггс, p. 238). В подобном утверждении видна попытка продемонстрировать вечный, вневременной характер своей доктрины. Большинство субтрадиций, однако, считает, что Горакхнатху по времени предшествовали Адинатх и Матсьендранатх; последний был непосредственным гуру Горакхнатха. Трудно выделить историческое зерно из толщи легенд, окружающих основателей школы. Впрочем, уже сами имена лучше обозначают степени духовных высот, чем их реально существовавшие носители. Адинатх — инкарнация Шивы; этим же именем называли Будду Ваджрасаттву: в некоторых буддийских тантрах Адинатх и Бхутанатх — эпитеты Ваджрасаттвы. Иначе говоря, основателем школы являлся сам Бог. В йоге Горакхнатх отождествляется с Шивой, и в иконографии и культе он рассматривается как воплощение Шивы. Что касается Матсьендранатха, то он стал покровительствующим божеством Непала, где его образ слился с образом Авалокитешвары. Как правило, исторические фигуры (равно как и конкретные события) очень скоро претерпевают кардинальные изменения и приобретают мифические контуры идеальных существ, совершающих действия, достойные богов. Из вышеизложенного можно заключить, что Матсьендранатх и Горакхнатх заново возвестили «истину», которую, по их словам, им открыл сам Шива. Миф о «передаче учения» был известен достаточно хорошо, его часто использовали в прошлом. Содержанием этого мифа являлся сакральный диалог между Богом и его «супругой», который нечаянно слышало некое полубожественное существо, становившееся отныне провозвестником учения. В случае Матсьендранатха история звучит следующим образом: однажды Шива проповедовал йогу жене Парвати на берегу моря; Парвати же заснула во время проповеди. Однако все слышал Локешвара (Авалокитешвара), поскольку он скрывался в воде в облике рыбы — отсюда и возникло его имя, Матсьендранатх. Наиболее ранние письменные упоминания о Матсьендранатхе встречаются в «Кауладжняна-нирнайе» (рукопись XI в., которую Багчи использовал для своего издания). Здесь представлено несколько вариантов непальской версии: в одном из них Шива (Бхайрава) сообщает жене, что его ученик Карттикея бросил «Шастру» (Трактат) в море и рыба проглотила ее. В другом рассказывается, как Шива, которого одна женщина умоляла даровать ей ребенка, дал ей отведать некое вещество. Однако женщина не стала его пробовать и бросила в навозную кучу. Матсьендранатх, который в форме рыбы подслушал проповедь учения Шивы, адресованную Парвати, явился к женщине двенадцать лет спустя и попросил показать ребенка. Узнав о том, что произошло, он послал ее искать ту навозную кучу. И она, найдя ее, обнаружила там двенадцатилетнего мальчика, который получил имя Горакхнатх. Это имя может быть истолковано двояким образом: во-первых, через гхор в значении «грязь», «муть», «навоз»; во-вторых, через гхор в значении «сильный», «ужасный», что указывает на близость аскетическим идеалам. Кроме того, «Горакхнатх» может означать также «владыку скота», и в этом случае его имя совпадает с одним из имен Шивы. Этот миф отчетливо демонстрирует последовательность передачи учения от Шивы через Матсьендранатха к Горакхнатху. Сказания, касающиеся последних двух, т. е. наставника и ученика, достаточно показательны. В одной из легенд говорится, что Матсьендранатх, отправившись на Цейлон, полюбил там цейлонскую царицу и стал жить в ее дворце. Горакхнатх последовал за ним, нашел его во дворце и «напомнил ему о реальности» (мотив воспоминания о реальности будет рассмотрен нами немного погодя). Матсьендранатх оставил царицу, взяв с собой двух сыновей — Параснатха и Нимнатха. Как гласит другая легенда, непальского происхождения, Матсьендранатх поддался искушению при следующих обстоятельствах. Оставив собственное тело на попечение ученика, он, точнее, его дух, вошел в труп только что умершего царя, тем самым воскресив его. (Эта йогическая способность входить в тело другого хорошо известна; святые иногда проделывают подобную операцию, чтобы испытать чувственные удовольствия, не изливая при этом семени.) Спустя некоторое время к царю пришел Горакхнатх и напомнил ему о его подлинном призвании. Легенды из цикла о Матсьендранатхе, двух его сыновьях и Горакхнатхе представляют огромный интерес, поскольку они не только показывают архаичный характер инициации (в истории о двух юношах), но и открывают некоторые оккультные связи между сиддхами и джайнизмом. Так, в одном из мифов повествуется, что как-то Горакхнатх рассердился на сыновей и убил их; он вычистил их внутренности, «как чистят белье прачки», и повесил кожу сохнуть на дереве. Но впоследствии Матсьендранатх упросил его воскресить детей. В этом мифе с очевидностью проглядывает идея смерти при посвящении с последующим воскрешением. Кроме того, некоторые детали носят шаманистский характер(вымывание внутренностей, просушиваниекожи); их можно обнаружить в инициациях сибирских, центральноазиатских и австралийских шаманов. Из этого можно сделать вывод о том, что, помимо уже названных автохтонных архаических элементов (в дальнейшем мы приведем и другие примеры), школа горакхнатхов впитала в себя также и шаманские инициатические обряды весьма древнего происхождения. Только что описанная легенда может подразумевать, что Горакхнатх обладал тайным знанием, которое было неизвестно его наставнику, и что последний просил его посвятить в них своих сыновей. Как бы то ни было, реальная инициация была учреждена самим Матсьендранатхом, ибо только после этого Нимнатх и Параснатх основали две джайнские ветви, существующие до сих пор (Бриггс, с. 72). Согласно сказаниям йогинов-канпхатов, оба сына стали основателями джайнизма. Этот анахронизм, вероятно, намекает на какие-то непонятные связи между джайнскими аскетами и тайной доктриной Матсьендранатха и Горакхнатха. Есть и другие указания на этот счет: во-первых, в джайнском храме возле Пайдхони (Паэ Дхуни) есть изваяние Гхораджинатха, украшенное драгоценными камнями; во-вторых, нимнатхи и параснатхи, хотя и объявляют себя приверженцами Горакхнатха, ведут себя подобно джайнам (например, покрывают рот полоской ткани, чтобы избежать уничтожения микроскопических живых существ).

«ОМ МИНА-РУПА МАТСЬЯ-АВАТАР НАМО НАРАЯНА»


Матсйа-шодхана (магическое очищение рыбы) из МАХАНИРВАНЫ ТАНТРЫ
Поставив приготовленное рыбное блюдо на адхару, окропить его с мантрой ”ПХАТ”, трижды повторить биджи ”ЙАМ” и ”РАМ”, накрыть ”покрывающей мудрой” и произнести мантры ”ХУМ” и ”ПХАТ”. Показывая над рыбой дхену-мудру,произнести биджу ”ВАМ” и Махамритьюнджая-мантру.

ТАНТРИЧЕСКАЯ РЫБАЛКА
ОМ ШАКТИ ХРИМ! ОМ НАМАХ ШИВАЙЯ!
Достаю свой уд вместо удочки
И отправляю в реку желания
Дую ветер в дырочки дудочки
Различая течения понимания
Разглядываю поплавок колебания
Прикрепляю грузило для вылова
Крючки и ловушки убираю в сознание
Тонкой нити любовного вызова
Удерживаю катушку мыслей и обозрения
Развертываю трубу в трубочках
Вылавливаю Рыбу Божественного воззрения
Раскачиваюсь, как русалка на лучиках
Ставлю сети для святого в проекции
Разливаю магнит в сосуды правила
Играюсь плавниками муз эрекции
Как же нам эта рыбалка нравилась!!!
Растекаюсь молчанием слияния
Получаю золотую рыбку знания
Отфильтровую воду внимания
Мозаику чешуек несу как сочетания
Прибегаю к приманке искусности
Расширяю опыты океана благости
Выпутываюсь из водорослей трудности
Перехожу из сырости к гладкости
Отыскиваю бутылку - духов послания
Ложный клев не путаю с поглощением
Проникаю в щели форм почитания
Окрыляюсь искренним восхищением
Взвешиваю улов на чашах праведности
Уд мой натягивает леску звонкости
В знаки Богинь превращаю странности
Раскрывая подсечек и сбросов тонкости
Звезды считаю на полу волн и плотности
Ощущаю свое тело скафандр и груз
Отдавая отсчет шепоту и громкости
Освобождаюсь от теней и цепких уз
Пробегаю по небу прямо в солнышко
Нептун с трезубцем - Шивы слуга
Как джин ощущаю бутылки горлышко
На корабле поиска бушует буря игра
И на дне моей лодки сна разума
Якорь печали и дум под трос
Прыгаю, как дельфин, звуками ластами
Как жабры работает мой нос
Выискивая золото желания и жемчуг слова
Развожу тучи щелчком пальца с кольцом
Забрасываю свой алмазный уд снова и снова
Синхронное плавание происходит с лицом
Эта рыбалка как окно провидения
Манит своей медитацией ждать блажь
Крючки и грузила достаю из сновидения
Ловля ловец и улов всего лишь мираж
ОМ ТАТ САТ! ОМ НАМАХ ШИВАЙЯ!


ПРАДЬЮМНА ПРОГЛОЧЕН РЫБОЙ И УЧЕНИЕ 10 МАХАВИДИЙ
Рассказывают, что бог любви Кама, изошедший от Господа Ва-
судевы и некогда спаленный разгневанным Господом Шивой, ро-
дился у Рукмини и Кришны. Камадева, полубог с райских планет,
наделен способностью разжигать в живых существах вожделение.
Неотъемлемые частицы Верховной Личности Бога, Кришны, де-
лятся на множество категорий, но четыре эманации Кришны - Ва-
судева, Санкаршана, Прадьюмна и Анируддха - непосредственно
входят в категорию Вишну. Кама, бог любви, родившийся у Рук-
мини, также носит имя Прадьюмны, хотя он не Прадьюмна из ка-
тегории Вишну. Он принадлежит к категории джива-таттва, но
поскольку ему суждено было стать могущественным полубогом,
он явился как эманация всемогущего Прадьюмны. Так утвержда-
ют Госвами. Поэтому, когда Кама был спален разгневанным Гос-
подом Шивой, он укрылся в теле Васудевы и, чтобы вновь обрести
тело, родился у Рукмини от Самого Господа Кришны. Так он стал
сыном Кришны, известным под именем Прадьюмна. Поскольку он
был зачат Самим Господом Кришной, то унаследовал многие Его
черты.

От руки этого Прадьюмны должен был погибнуть некий демон
по-имени Шамбара. Шамбара знал об уготованной ему участи и,
как только услышал о рождении Прадьюмны, принял женский об-
лик и похитил младенца из колыбели, не успело пройти и деся-
ти дней со времени его рождения. Похитив ребенка, демон бросил
его в море. Но не зря говорят: =Нельзя убить того, кто находится
под защитой Кришны, и нельзя спасти того, кого Кришна обрек
на смерть=. Когда Прадьюмна упал в море, его тут же проглоти-
ла огромная рыба. Рыба эта затем попала в сети рыбака, который
продал ее демону Шамбаре. На кухне демона работала служанка,
которую звали Майявати. Эта женщина некогда была женой Камы
и звалась Рати. Купленную для Шамбары рыбу передали повару,
который должен был приготовить из нее какое-нибудь яство. Де-
моны и ракшасы едят мясо, рыбу и подобную невегетарианскую
пищу. Равана, Камса и Хираньякашипу, хотя и родились в семьях
брахманов и кшатриев, были демонами и ели мясо и рыбу без вся-
кого разбора. Этот обычай до сих пор сохранился в Индии, и тех,
кто ест мясо и рыбу, обычно называют демонами и ракшасами.
Разрезав рыбу, повар нашел в ее брюхе чудесного младенца, ко-
торого тут же передал на попечение Майявати, своей помощницы
на кухне. Женщина не могла понять, каким образом такой славный
мальчик мог оказаться в брюхе рыбы, и была очень озадачена. Но
тут появился великий мудрец Нарада и рассказал ей о рождении
Прадьюмны, о том, как он был похищен Шамбарой и брошен в мо-
ре. Так Майявати узнала обо всем. Ей было известно, что преж-
де она была женой Камы и звалась Рати;

БЫТЬ ПРОГЛОЧЕННЫМ РЫБОЙ
ХРИМ ШРИМ КРИМ ПАРАМЕШВАРИ КАЛИКЕ СВАХА!
Скажи Матсьендранатх, что значит быть в рыбе
Разве это возможно быть проглоченным
И остаться в живых, разве ты совершал такой выбор,
Чтоб быть освобожденным или немым ?
Мы все происходим из вод океана
Становимся камнем на дне – лежим
Когда поднимается в теле йогина прана
Мы как астросом пробуждаемся спим
Становимся раком моллюском кораллом
Чтоб слышать вселенский прибой волны
И телом энергии тело инертности стало
Мы слушаем эхо привычек программ и луны
И вот обнаружив сознанье как правду
Ты слышишь, что Шива Парвати говорит
И быть в медитации - обрести награду
Ведь в нее мы как рыбы плывем и молчим
И сон этой жизни поглотит пучиной
Волна заменяет волной хаос, водоворот
И лишь Божество является высшей причиной
Которое открывает свою пасть и нутро
И ты поглощенный его речью и светом
Становишься всем океаном, единым, одним
Ты больше не сравниваешь утро с рассветом
Ты истину видишь распахнутым верою с ним
И выбрав священную гору, пещеру, остров
Ты все переносишь в потоп и в корабль
Команда, движенье по звездам находятся просто
Ты сбрасываешь панцирь не пятясь как краб 
Все станет будто солярис в иллюзорности мира
И сон обнаруженный оком Божеств - игра
Ты солнце небес, растворенное в океане эфира
И Шива всегда с тобой говорит с утра до утра
ОМ ШАКТИ ХРИМ!

KULANANDA TANTRA КУЛАНАНДА ТАНТРА МАСТЕНДРАНАТХА СОЮЗ ШИВЫ И ШАКТИ ОСНОВА ЛЮБВИ ЙОГИ И ТАНТРЫ БЛАЖЕНСТВО ОТ СОЕДИНЕНИЯ МУЖСКОГО И ЖЕНСКОГО ЙОНИ И ВАРГИ БИДЖИ УМА И МЕТОДА ЧАКРЫ И МАЙИ
ОМ ШАКТИ ХРИМ!
РАСПАХНУТЫЙ УМ, ОТКРЫТОЕ СЕРДЦЕ, ОБНАЖЕННЫЕ ТЕЛА
ОМ ШАКТИ ХРИМ САУХ!
Распахнутый ум – лоно свободы
Видящий все присутствие пустот
Неотличающий духов от природы
Точно определяющий Бога род
Открытый как двери храма -Рама
Кристальный как сиянье- Кришна
Сердцем кормящая дитя мама
Нераздельный нижний и высший
Как око сверкает молнией ярко
Как звук рычит гром в пустоте
Парит с облаками как дух пожара
Как легкий пух танцует в игре
Как океан растекается плавно
Непоколебим, как магма скала
Как мысль поглощается главным
Как радуга свет не касается зла
Вне тени сомнений, зыби утраты
Расстеленный как абсолюта дом
Уже поглотивший кармы, оплаты
Бесформенный в форме знак Ом
Недвойственный царь влюбленный
Подавленный тамас, смиренья раджа
Усиленный в саттве, луной просветленный
Вселенной праобраз, материи душа
Открытые двери святого живого родного
Разгаданы тайны, прозрачные зеркала
И как прикосновения всех небес, дорогого
Источник союза, где в любви Божества…
ОМ ТАТ САТ!

Пахомов С. В. - Теоретические аспекты учения школы кула (согласно "Куларнава-тантре")

Школа кула (каула) является одной из наиболее репрезентативных тантрических традиций шакто-шиваитского толка . Согласно большинству версий, основателем данной школы был полулегендарный наставник Матсьендранатха (он же Маччханда, или Минанатха) . По всей видимости, школа кула появилась в северо-восточных районах Индии (древняя Камарупа, нынешний Ассам) примерно в IV в. н. э. Данная традиция, как и все остальные тантрические течения, имеет сугубо практическую направленность, ставя перед своими адептами цель достижения духовного освобождения. Теоретические положения играют здесь вторичную роль, привлекаясь большей частью для идеологического обоснования духовной практики (cадхана) и формирования "внешнего" образа школы в глазах ее оппонентов или возможных неофитов.

Слово "кула" имеет множество значений ; исконные значения - "группа", "семья", "род". В шактизме и шиваизме оно означает высшую реальность, выраженную в виде "семьи" Шивы и Шакти; саму Шакти как совокупность ее различных аспектов; весь космос, воплощающий божественную энергию; группу незримых женских духов (йогини); человеческое тело и т. д. Практически все шактистские тантрические тексты вплоть до XVI в. заявляли о своей принадлежности куле . Между тем в рамках кулы существуют различные ответвления, которые в основном группируются вокруг культа либо благостного, либо грозного образа единой высшей Богини (Деви). Каждый из этих образов имеет множество названий; ключевыми из них являются Шри и Кали. Соответственно, подшкола кулы, почитающая светлую ипостась Богини, называется шрикулой, а та, что поклоняется "темным" ее сторонам - каликулой. Тем не менее, это не единственная классификация кулы [5], и значение данной школы варьируется в зависимости от конкретного региона и периода ее распространения.

 

Кула располагает богатой литературой, создававшейся со второй половины I тыс. н. э. Среди различных текстов, описывающих всевозможные аспекты духовной практики, выделяется "Куларнава-тантра", или "Тантра "океана кулы"" (далее КТ) . Точное время создания этого выдающегося произведения неизвестно, что, впрочем, типично для многих традиционных санскритских сочинений. Шведский исследователь Г. Карлстедт полагает, что данный текст был создан между 1000 и 1400 гг. [7] Хотя КТ и не вошла в число шестидесяти четырех тантр, этого своеобразного канона шактизма, - по всей видимости, "священный перечень" сформировался еще до ее составления, - в последующей шакто-шиваитской традиции она занимает достаточно высокое место, если судить по постоянным цитатам из нее в других текстах, по наличию различных рукописей и многочисленных комментариев . Во многом популярность этой тантры связана с ее сравнительно прозрачным, ясным слогом, методичным изложением, четкостью формулировок; все это в лучшую сторону отличает ее от многих других текстов такого же рода, не имеющих подобных достоинств. "Земное" авторство тантры наукой не установлено; однако оно и не является существенным в глазах адептов кулы: ведь подлинным творцом текста откровения может быть только высший Бог.

Имеет смысл отметить, что перед нами произведение разряда агама: богиня Парвати, или Деви, выступающая в качестве условной ученицы, вопрошает своего наставника и супруга Шиву, восседающего на горе Кайласа . Каждый вопрос Парвати, влечет за собой подробный ответ Шивы, образующий содержание отдельной улласы. В начале улласы богиня церемонно обращается к Шиве со словами "скажи мне…" (vada me...). За ними следует однотипная ритуальная формула Шивы: "Слушай, о богиня! Поведаю тебе то, о чем ты меня спрашиваешь", которую несколько расцвечивает обещание благ, которые следуют после "одного лишь прослушивания этого" (tasya shravanamаtrena), например: освобождение (I-я ул.), популярность среди йогини (II); превращение в Шиву (IV), расцвет духовного знания (VII), превосходство в йоге (IX), очищение ума (XIV) и т. д. Каждая глава заканчивается еще одной ритуальной фразой Шивы: "Так тебе поведано о некотором [аспекте учения]…" (iti te kathitam kincit) и следующим за ней вопросом богине: "Что еще ты желаешь услышать?". Шива постоянно подчеркивает, что излагаемое им - это большая тайна, что никому это не рассказывалось раньше, но теперь раскрывается, из любви к божественной супруге и из сострадания к людям. Таким образом, текст позиционирует себя как эзотерическое произведение.

Первая глава ("О положении души") стоит в тексте особняком. По своей тональности и направленности она кажется неким введением к основной проблематике КТ. Вполне вероятно, что эта глава была составлена отдельно и потом введена в общий массив текста. Это предположение подтверждается, в частности, тем фактом, что она почти целиком тождественна XVI-й главе "Гаруда-пурана-сароддхары" Наунидхирамы - популярной средневековой версии II-й книги "Гаруда-пураны" [10]. Может возникнуть вопрос, какое произведение появилось раньше и, следовательно, кто у кого заимствовал идеи. То, что такое заимствование имело место, вполне вероятно, тем более что общий текст, из которого оба эти сочинения могли независимо друг от друга черпать идеи и образы, не обнаружен; вероятно, его не было вообще. Однако из-за того, что неизвестно точное время создания ни КТ, ни "Гаруда-пурана-сароддхары", вопрос о влиянии одного текста на другой не может быть решен однозначно [11].

Как и в большинстве шиваито-шактистских тантр, в КТ ярко выражена тенденция к монистическому мировоззрению. Но в данном случае перед нами нечто более сложное, чем обычный монизм, отвергающий дуалистические взгляды. Мы рискнули бы назвать общую философскую установку КТ "супрамонизмом". Иначе говоря, это монизм "второго уровня" - такой, который старается абстрагироваться не только от дуализма как такового, но и от самой оппозиции "монизм - дуализм". Совершая тем самым двойное отрицание, автор приходит к когнитивному и онтологическому катафазису, преодолевающему все противопоставления и в то же время вбирающему их в себя: "Одни предпочитают недуализм, другие - дуализм, но никто из них не знает мою истину, которая превыше и дуализма, и недуализма". Как естественно ожидать, на мировоззрение творца КТ заметное влияние оказала веданта, особенно ее адвайтистское течение, а также буддизм [12] (в частности, в подчеркивании идеи бренности мира и упоминания редкости обретения человеческого рождения) и санкхья. Однако ни одной даршане КТ не отдает явного предпочтения.

Будучи типичным продуктом духовной культуры Индии, тантра содержит массу характерных для нее ярких и образных сравнений, метафор, иллюстрирующих примеров. Теоретические вопросы, разбираемые в тексте, можно разбить на несколько разделов.

Метафизика и теология. Автор КТ периодически затрагивает теологическо-метафизические вопросы, относящиеся к теме высшей реальности. Практически все сведения о ней могут быть извлечены из эпитетов Шивы, как катафатических, так и апофатических. В основном они представлены в I-й улласе.

Катафатика. Высшая реальность - это Шива, чья природа - "бытие-сознание-блаженство" (саччидананда). Шива наделен многочисленными "говорящими" именами, например: Парамешвара (высший Владыка), Бхагаван (Господь), Иша (Повелитель), Девадева (Бог богов), Девеша (Повелитель богов), Прабху (Могущественный), Махешвара (Великий Владыка), Садашива (Вечный Шива) и др. Это "наставник мира" (джагадгуру), всезнающий (сарваджня), вседелающий (сарвакартри), вездесущий (сарвага), "господин всего" (сарвеша), несравненный, "выше высшего" (паратпара), "[светящийся] собственным светом" (сваямджьоти). Он дает прибежище тем, кто искренне ищет его в нем (шаранагатаватсала); он повелевает кулой (Кулеша) - из чего можно заключить, что бог является также наивысшим источником и родоначальником самой школы. Шива "легко достижим [благодаря] преданной любви" (бхактисулабха); он есть "океан нектара сострадания" (каруна-амритаваридхи), "высшее блаженство" (пара-ананда). Господь исполняет "пять действий" (панчакритья), состоящих в творении, сохранении, растворении Вселенной, а также в самосокрытии при создании мира и ниспослании благодати. Большинство этих и других эпитетов озвучиваются Парвати, которая обращается к своему супругу с различными вопросами. Итак, в катафатическом контексте высшая реальность предстает как высший Бог, наделенный всеми возможными совершенствами.

д) Учение о куле. Это важное для школы учение развивается во II-й улласе. Шива сообщает, что оно является тайным, и о нем не стоит кому-либо говорить, за исключением посвященных и учеников; в противном случае человек погибнет от рук йогини. Преимущественно о куле говорится в смысле конкретной традиции, системы практических средств. Кула является высшим образом жизни и действия (ачара). Автор текста выстраивает следующую иерархию ачар (II. 7 - 8): веда - вайшнава - шайва - дакшина - вама - сиддханта - каула. На этой иерархии следует остановиться подробнее. Под "ведой", самой низшей ачарой, подразумевается образ мысли и действий ортодоксального большинства, ориентированного на веды (в весьма широком смысле этого слова) как на основной источник смысло-жизненных ценностей и следующего жесткой регуляции жизни. По мнению каулов, "веда" в силу своей несомненной двойственности максимально удалена от понимания высшей, недвойственной реальности. Кроме того, в "веде" отсутствует поклонение единому первопринципу, высшему Богу. Такое поклонение обнаруживается на второй (вайшнава, или вишнуизм) и особенно третьей (шайва, шиваизм) ачарах; впрочем, и здесь продолжает сохраняться двойственность: между объектом культа (Вишну или Шивой) и адептом (вишнуитом или шиваитом) остается дистанция. При этом вишнуизм ставится все-таки ниже шиваизма - вероятно, потому, что он избегает "темных" сторон природы бога, тяготея только к благостным его проявлениям. Еще выше стоит дакшина-ачара, буквально "правильный образ жизни"; возможно, именно эту ачару имеет в виду автор КТ, помещая ее в перечень традиций-амнай, ориентированных по сторонам света и ликам Шивы, и ассоциируя ее с югом (слово "дакшина" обозначает также и юг). Дакшину можно соотнести с упомянутой выше подшколой шрикула, почитающей Шакти в благостной ипостаси (Трипурасундари). Эта ступень часто именуется "школой правой руки" за ее отказ от сложных, раздражающих ортодоксов практик и стремление к "чистым", "дозволенным" аспектам культа. Сохранение остатков двойственности в ритуале препятствует этой ачаре претендовать на более высокое положение; тем не менее симптоматично, что она ставится выше и вишнуизма, и шиваизма. Собственно, четыре последние ачары, начиная с дакшины, есть различные варианты шактистской традиции, причем дакшина в каком-то смысле повторяет здесь роль, которую играет "веда" в низших ачарах. Более высокой, чем "правильная" дакшина, считается вама (дословно "левый"), или скандально известная школа "левой руки", исповедующая культ уже не благостной, а грозной ипостаси Шакти и следующая антиномичным практикам, включая панчамакару. Впрочем, "вама" имеет отношение прежде всего к практической стороне, поэтому на самом деле между ней и стоящей на первой позиции кула-ачарой нет кардинальных отличий. Предпоследней ачарой является сиддханта (букв. "совершенная система"), которая в данном случае не имеет отношения к известной школе шайва-сиддханта, но, по всей видимости, сочетает две предыдущие ступени. Наконец, каула, или кула-ачара - это высший синтез практических средств всех предыдущих "образов жизни". В сущности, три последние ачары, начиная с вамы, представляют собой сложно организованное единство, группу аспектов одной традиции.

Кула, как говорится в КТ, это самая высшая тайна, тайна тайн (II. 9), лучшая традиция. Это сущность вед и агам, синтез всех прочих дхарм (II. 12). Если знать кулу, будешь знать и все остальные системы. Ни одно учение не сравнится с кулой. Говорить о том, что другие дхармы лучше кулы, означает совершить грех похлеще убийства брахмана (II. 19). Ценность кулы состоит в том, что она ведет к освобождению немедленно, в то время как другие системы - только постепенно. Особенность кулы - в гармоничном соединении йоги и бхоги (II. 23), т. е. дисциплины саморазвития и чувственного опыта. То, что ортодоксам кажется грехом, в куле становится божественной энергией; сама сансара оказывается средством освобождения. Поэтому следует отбросить все другие учения и двигаться только по этому пути. Продвижению по стезе кулы способствует садхана, исполнявшаяся адептом в течение прошлых жизней (II. 27). Этому же благому делу помогают различные мантры, очищающие ум адепта благодаря многократному повторению (джапа). Да и другие религиозные практики (паломничество, жертвоприношения, милостыня и др.) способствуют расцвету знания кулы (II. 35). Получается, что применительно к куле автор реабилитирует те же самые средства духовного развития, которые он отбрасывал в первой главе. Важными средствами являются также вера в избранное божество и в наставника, равно как и поклонение Шакти. Минуя систему ашрам, кула-дхарма может сама вести человека к освобождению (II. 50). Если будешь действовать против кулы - она тебя же и погубит, сохранишь ее - и она тебя сохранит. При этом преданность пути важнее преданности родным и близким. Ведь человек, не знающий кулу, проводит свою жизнь подобно животному. Только тот человек в полной мере, кто следует кула-дхарме, другие - только скелеты, обтянутые кожей (II. 66).

Знание кулы ставится выше социального статуса. Что толку знать ведийские писания, если не знаешь кулу? Такие специалисты в ведах на самом деле ниже неприкасаемых, "собакоедов" (II. 67). А вот неприкасаемый, знающий кулу, оказывается выше брахмана. Отпадает нужда в других учениях, ведь кула претендует на всеобъемлющий синтез религиозно-философских дисциплин. Так, известные в традиции шесть ортодоксальных даршан суть шесть "членов кулы", в данном случае - Шивы: две руки, две ноги, желудок и голова; тот, кто их дифференцирует (т. е. воспринимает их отдельно друг от друга), "разрезает" Шиву на части (II. 84).

Но большинство людей игнорируют кулу и не следуют ей. Интересно, что во многом это происходит не из-за природы самих людей, а из-за намеренного их обманывания со стороны высших сил. "Как не видят слепцы солнце, которое все освещает, так не знают кулу те, кто околдован твоей майей" (II. 93), замечает Шива. Обманом наивных занимается и сам Шива, который провозгласил множество шастр для пашу - обыкновенных людей, презрительно сравниваемых с животными - именно для того, чтобы те утратили ориентиры и не достигли высшее благо даже за тысячу кальп (II. 96 - 97). Получается, что пашу - это главные враги кулы, и удерживание их на почтительном расстоянии от священного пути является своего рода "техникой безопасности", которую должны соблюдать адепты. Пашу для КТ - все равно что шудры для брахманистов. С пашу никогда не следует обсуждать какие-либо темы, связанные с кулой (XI. 80). Пашу имеет "восемь оков" (XIII. 90 - 91): ненависть, сомнение, страх, стыд, презрение, семью, обеты и касту.

ШКОЛА - ЭТО ГУРУ ШКОЛА КАУЛА ПАРАМПАРА МАТЬСЕНДРАНАТХ КУЛА+АКУЛА = КАУЛА
ОМ ШАКТИ ХРИМ!
Школа - это не объединение людей, идущих за Просветлением, или учебное заведение, где можно получить какое-то интеллектуальное знание о Просветлении; это и не практические занятия, где можно осваивать техники и упражняться в их практиковании.
Школа - это не то, что происходит вокруг, это не те, кто туда ходит, и не то, о чем говорят окружающие. Школа - ЭТО ВЫ И ГУРУ И ВАША ПРЯМАЯ ДОРОГА К САМОМУ СЕБЕ, потому что только Гуру - дверь в безграничность, в Бесконечность. в Абсолют. И эта дверь открыта для тех, кто желает в нее войти.
Школа - это не иерархическая вертикальная структура - это прямой доступ к Гуру, возможность выстроить свои индивидуальные отношения с ним, включиться в свой собственный процесс Пути к Пробуждению через свое непосредственное взаимодействие с Гуру. Это очень личный и глубинный процесс, который человек выстраивает сам и посредников между вами, вашим Просветлением и Гуру - нет.
Рамана Махарши
Школа и ее фундаментальные доктрины. 

 

Каула-марга. 

Традиция ясно говорит о том, что Матьендранатх был основателем школы. Согласно представленному тексту, это была школа традиции Каула. Мы уже рассматривали легенды, согласно которым Матьендранатх был первым, кто открыл Кулагаму или Кулашастру (Каула-джнана-нирная, гл. 16). Но к тому времени, когда была составлена Каула-джнана-нирная, традиция Каула уже имела как довольно длинную предысторию, так и различные школы, и в этом тексте даны имена учителей этих школ. 
В 14 главе описаны различные подгруппы традиции Каула. Их названия даны следующим образом: Ромакупади-каулика, Вришаноттха-каула, Вахни-каула, Каула-садбхава и Падотишха-каула (Это названия не подгрупп традиции Каула, а названия практических методов в традиции Каула., прим. пер.). В 16 главе перечислены названия различных школ: Махакаула, Сиддхакаула, Джнананивритти-каула, Махат-каула (?), Сиддхамрита-каула и Йогини-каула. 
В 21 главе сказано, что существует 55 доктрин Йоги. Они все относятся к Каулашастре. Там же перечисляются их названия: Мула Каулапанчашика, Куласагара, Кулагха, Хридая, Бхайравадйанака, Чандракаула, Вештхи (?), Джнана-нирная, Самбара, Шриштикаула, Тимира, Сиддхамрита Мата Каула, Шактибхеда Каула, Урммикаула, Джнанакаула, Сиддхешвара, Ваджрасамбхара и Мегходжа. 
Хотя в настоящее время трудно установить природу этих школ, очевидно, то, что в 11 веке они уже считались древними и имели длинную предысторию. Это подтверждается ссылками (в тексте) на линии преемственности Сиддхов и Учителей. Но где в таком случае место Матсьендранатха в предыстории школы? Я думаю, что ответ может быть найден в следующей шлоке Каула-джнана-нирнаи: «Из Махакаулы проявилась Сиддха-Каула, из Сиддха-Каулы, Матсьендра.» 
В Каула-джнана-нирнае сказано, что Матсьйодара принадлежал традиции Сиддха или Сиддхамрита, но особенно он был связан со школой Йогини-каула, учение которой изложено в Джнананирнити. Это также указанно в колофонах Каула-джнана-нирнаи: «Махайогини-каула, аватары Матсьендрапады». По всей видимости, данный текст принадлежит школе Йогини-каула. 
Традиция говорит о том, что Матсьендранатха излагал свое учение в Камарупе. Это обстоятельство подразумевает то, что Матсьендра был основателем новой школы, названной Йогини-каула, и ее центр находился в Камарупе. Трудно сказать, чем учение этой школы отличалось от учений других, более ранних школ под общим названием Кулачара, и о которых сейчас, даже ничего не известно. Но вполне возможно предположить, как утверждает традиция, что учение, изложенное в Каула-джнана-нирнае, принадлежит школе основанной Матсьендранатхом. 
Согласно Акулавира Тантре, существуют две основные классификации каулов. Критаки, погруженные в мирскую активность и Сахаджии признающие абсолютную тождественность (поклоняющегося и объекта поклонения). Критаки это те, кто разделяет субъект и объект, т.е. следуют двойственности. 
Акулавира Тантра говорит об абсолютной тождественности садхаки и Шивы и натаивает на превосходстве пути Сахаджии. 

 

МАТСЬЕНДРАНАТХ НЕ БЫЛ ОСНОВАТЕЛЕМ КУЛЬТА КАУЛА ОН ВЫ БЫЛ ЕГО ВОЗРОЖДЕНИЕМ В СРЕДНЕВЕКОВЬЕ 
     Ряд источников приписывают реформирование кулы, которое привело к возникновению каулы, Маччханде (или Матсьендранатху), сиддхе, который инкорпорировал учения и практики группы под названием йогини каула в свою Кауладжняна-нирнаю (KJñN), по причине чего в более поздних работах он был возвеличен как основатель каулы. Представление выборочных пассажей из KJñN будет иметь важное значение для данного исследования, поскольку это, возможно, основополагающий текст в корпусе каулы, и поскольку он предлагает наиболее полные и ясные описания каулы – мифических истоков, специфических доктрин и практик, главных акторов, мужчин сиддхов и вир, а также женщин йогинь. Как известно, этот текст был издан в 1934 году Прабодхой Чандрой Багчи на основе единственной дошедшей до нас рукописи, хранившейся в Непальском национальном архиве, создание которой Багчи датировал серединой XI века.[101] Основополагающую роль Матсьендры в Йогиникаула-мате, «Доктрине рожденных Кланом Сынов Йогинь», была признана в источниках кубджики,[102] тогда как Абхинавагупта воспевал Матсьендру как открывателя каулы.[103] На основе этих внешних упоминаний я предпочитаю датировать KJñN IX или X веками. По существу, этот труд появился в одно время, если не ранее, с такими основными текстами каулы, как Джаядратха-ямала, Брахмаямала-Пикумата, Тантрасадбхава, Малинивиджайоттара-тантра, Сиддхайогешвари-мата, Нетра-тантра, Сваччхандабхайрава-тантра и Кубджика-мата.[104] Это гораздо раньше, чем основные тексты «тантрического возрождения» XIII и XIV веков, такие как Рудраямала-тантра,[105] Кулачудамани-тантра, Куларнава-тантра, Шарадатилака и др. Две еще более поздние работы, на которые, тем не менее, я буду ссылаться на данных страницах: тексты XVI-XVII вв. Йони-тантра,[106] а также Каулавали-нирная (KĀN) Джнянананды Парамахамсы,[107] которые представляют собой еще более позднее тантрическое возрождение, возникшее, вероятно, в Восточной Индии и, возможно, являлось одним из источников «Тантрического Ренессанса», имевший место в долине Катманду при царях Малла.[108] 

Читая KJñN, поражаешься согласованности и всесторонности системы каулы как корпуса практик, охватывающего человеческие, божественные и полубожественные сферы бытия. В главе 16 этой книги показано, как шакта-шайва концепция каулы как космического «клана» или «семьи», чьи линии протянуты от великого бога Шивы-Бхайравы к каждому из посвященных, становится ясной в одном из редких космогонических (или этногенетических) мифов всего индуистского тантрического корпуса. Эта космогония, представленная в форме генеалогии, делится на две части и пересекается с другим мифом об утере и восстановлении писаний каулы в Кали-югу. Этот миф будет подробно обсуждаться в главе 4; здесь мы сфокусируемся на космогонии каулы, которая начинается с божественного рассказчика, отождествляющего себя с парамам таттвам, «наивысшей сущностью» вселенной: 

Я есть Наивысшая Сущность; я – Бхайрава [каулы]; я – Садашива, Верховный, Шрикантха и Рудра.[110] Я – рыбак. … Я – Господин Мужественных Героев. … Я уничтожаю всю вселенную, [поэтому] я – Уничтожитель (самхара), о Госпожа Клана! Затем я есть Источник (сраштара) созидательного испускания подвижных и неподвижных сущностей. … Я непрерывно оберегаю упорядоченную вселенную; поэтому Я – Упорядочиватель (видхан).

После этого Бхайрава представляет список шести других имен, под которыми он известен, основывающихся, по-видимому, на причудливой этимологии: он также зовется Вишвапада, Вичитра, Шветапада, Бхрингапада, Бхаттарака-Бхаттапада и Рурупада. Затем он начинает рассказ о том, как мистическое гнозис каулы было принесено на землю: 

Ты, о Великая Богиня, есть Ума, а я, дорогая, – твой супруг. Я – господин (натха) [богини] Шри; потому я [зовусь] Шринатха. … Когда ты и я принесли гнозис [клана] в Камарупу, сущность [нашего сына], шестиротого [Сканды], снизошла в тебя. Гнозис [клана] [был изложен] им в клановых писаниях. … Я обитаю на Лунном Острове в своей непроявленной (авьяктам) форме.  

Именно сюда помещается сообщение о краже и восстановлении священных писаний каулы, после которого рассказчик Бхайравы продолжает описывать клановую генеалогию, начиная с явной отсылки на категории авьяктам и махатман из санкхьи: «Великая самость (махатман) вначале была сформирована непроявленным (авьяктам). Ею канал доступа (гочарам) к непроявленному был привнесен в бытие через кланы». В двух местах в следующих семи стихах перечислены кланы и божества, которые передали им гнозис каулы: Богиня поведала его кланам Сканды и Ганеши; Нандин поведал его клану Махакалы; а Джая поведал его клану Виджаи и другим. В этом перечне также упомянуты божества Харасиддхи, возможная отсылка к богине Харасиддхи, чей культ широко засвидетельствован в средневековых непальских источниках. И наконец, текст указывает на особый приоритет «Йогине по имени Калика, чье высокое положение равно моему [Бхайравы] собственному». Здесь отсылка к Калике может говорить о ее центральном положении в важной, основанной в Кашмире, традиции каулы, называемой кали-крама («Последовательность Кали»), в которой она стоит особняком в сердце мандалы клана. Между этими двумя более или менее параллельными перечнями кланов и их соответствующими передатчиками гнозиса каулы рассеянно объяснение отношений между богом и его творениями: 

Это [непроявленное божество] является бесклановым (акула), где я пребываю [на Лунном Острове]. Тогда, в конце космического эона и в конце космического века [все] пребывает внутри моего тела. Так же, как в отдельном семени (джива) заключены истоки дерева, обладающего цветами, корнями, плодами, листьями и ветвями, так и с другими существами, которые образовываются внутри моего тела. … [Но] погруженные в неведение (аджнянам), [творения впадают в] состояние звероподобной индивидуальной души (пашу).

Здесь термин пашу – «одомашненное животное», «жертвенное животное» – используется в том же значении, что и в агамах шайва-сиддханты: индивидуальная душа или самость (пашу) фактически идентична верховному мужскому божеству (пати), но остается отделенной от последнего из-за своей зависимости от материи (паша). Выражаясь тантрически, неинициированные именуются пашу («невежественный скот») в противоположность вирам, чье знание было в немалой степени плотским. Первые разделяли участь всех жертв, – они являются «лишь пищей для йогинь», – в то время как вторые, элита, становятся «любимцами йогинь», которые разделяют сексуальные жидкости и удовольствия с этими, в иной ситуации хищными, женскими существами. В этом контексте следует отметить, что практически ни одна из скульптур, найденных в средневековых храмах йогинь, не изображает половой акт между йогинями и мужчинами-практиками, в то время как ужасающих изображений пожирания животной и человеческой плоти человеческими «ведьмами» и вурдалаками легион. В KJñN способом разрушить звероподобную привязанность к материи является гнозис (джняна), – как противоположность неведения, – в этом случае гнозис каулы, диссеминированный вначале через различные божественные кланы, и который теперь восстановлен и открывается Бхайравой в тексте «Рождение Гнозиса Каулы». 

От махакаулы [возникла] cиддха каула; от сиддха каулы – рыбье чрево. Это было сказано мной в каждую часть четырех веков (юга). В первый [век] порождена (нирнити) каула; во второй – [каула], известная как махат; в третью – [каула], известная как сиддхамрита [и] в [век] Кали – рыбье чрево.

Здесь имеет место мифо-историческое видение появления самой традиции каулы, представленной в KJñN. Два последних звена цепи имеют особое значение, поскольку они выступают как две нити каула-практики, которая приписывается Матсьендре, сплетенные вместе, чтобы образовать «мейнстрим» традиции каулы, превозносимый Абхинавагуптой и другими как нечто авторитетное. Сиддха каула, принадлежащая Матсьендре «мужская» традиция поклонения высшему мужскому божеству, была смешана с йогини каулой, по двум причинам здесь загадочно упоминает как «рыбье чрево». Первая из них – мифологическая: в этой же главе мы читали, что Бхайрава, превративший себя в рыбака, извлек писания каулы из рыбьего чрева. Вторая – сексуальная, напоминающая о практиках, связанных с йогини каулой. Как истолковывает Лилиан Сильберн, чрево рыбы, поскольку оно увеличивается и сокращается автоматически, ассоциируется в теории каулы с сексуальным опытом, т.к. половые органы расширяются и сокращаются подобным образом. 

Пассаж из 21-й главы KJñN дает вариативный и обширный список различных субкланов каулы, некоторые из которых представляются фазами или этапами в процессе творения: сриштикаула («клан испускания, творения»), махакаула, тимири[-каула] («клан Тьмы»), сиддхамрита[-каула], матакаула («клан матерей»), шактибхедакаула («клан подразделений богинь»), урмикаула («клан змеи»), – которые конституируют «сближение джнянакаулы в четырех югах», – а также сиддхешвара[-каула] («клан [Шивы], владыки совершенных существ»), ваджрасамбхавакаула («клан, произошедший от молнии») и мегхаджа-каула («клан дождевой воды»), «которые выпущены давно и далеко в эту каулу». 

Несмотря на многочисленные разрывы в ее повествовании, а также повторения и несоответствия, 16 глава KJñN представляет мифологику каулы и как клана или семьи, и как формы гнозиса, состоящей из знания истинной природы – но так же и жидкого «сока» (сабхава) того же генеалогического древа. Через гнозис клана, переданный с помощью этих божественных посредников «йогине по имени Калика», индивиды, по-видимому, отрезанные невежеством от их божественных начал, могут найти способ вернуться к их божественному источнику.Дэвида Гордона Уайта «Поцелуй йогини: тантрический секс в контексте Южной Азии».

Кула. 

Основное учение, излагаемое в Каула-джнана-нирнае, Кулананда-Тантре и Джнанакарике, можно охарактеризовать как Кула доктрину, на это указывают заголовки первых двух текстов. Природа Кулы подробно описана в 3 главе Каула-джнана-нирнаи, а также во многих других местах этого текста: Глава 4, 13-14; Глава 8, 1; Глава 12, 6-7, 12; Глава 14, 4.5., 11, 14 и пр. Тот, кто практикует это учение, называется Каула или Кулапутра, а само священное знание называется Кулагама, Каулагама или Кулашастра. В Кулананда Тантре также излагается Каулика джнана, мистическое знание Кулы, а Джнанакарика описывает его как Каулика Лингам. 
В третей главе Каула-джнана-нирнаи, Кула описывается как состояние, в котором ум сливается с объектом восприятия, органы чувств прекращают действовать, собственная Шакти становится единой с Дживой и взгляд поглощается объектом визуализации. Там так же описываются различные центры внутри тела, высшим из которых является 
непоколебимый, абсолютно чистый, независимый и всепронизывающий лотос. По Его воле все создается, и все растворяется в нем. Он является основой и известен как Линга. Это чистое сознание, за пределами деятельности ума. 
Далее в тексте сказано, что этот Лингам является причиной всеобщего творения и растворения, он всегда чистый, неизменный и сияет подобно молнии в небесах. Осознание этого ментального Лингама (манаса-лингам), дарует освобождение. Этот Лингам, установленный в теле, назван Каулика Лингам. 
Несмотря на то, что в многочисленных брахманических Тантрах часто встречаются термины; Кула, Кулачара, Кулашастра, им редко дается точное определение. В описании мистических практик, слово «Кула», часто используется как эквивалент слова «Шакти». Фактически на это указывает термин «Кулакундалини», часто используемый в поздних Тантрах. Подобное философское значение термина «Кула», приводит великий, тантрический пандит Бхаскарарая в своем комментарии на Лалитасахасранаму, обычно называемом Саубхагйабхаскара. 
Кула это переживание единства. Единое сознание разделяет себя на три аспекта, на; познающего, процесс познания и объект познания. Существование объекта, зависит от познавания и познающего, но сам познающий, по своей сути, является само-очевидным, подобно свету. Поэтому, не существует разницы между познающим, познанием и объектом познания. Когда они сливаются в единое целое, или другими словами, когда исчезает ощущение множественности, и все осознаваемые объекты растворяются в осознающем (субъекте), тогда это переживание называется Кула. Это вполне согласуется с определением Кулы в Каула-джнана-нирнае: «Состояние, в котором ум становится единым с объектом восприятия, прекращают работать органы чувств, Шакти сливается с дживой и взгляд поглощается объектом визуализации». 
В комментарии Бхаскарараи также присутствует другое объяснение Кулы, оно касается практики йоги, которая имеет большое значение и в Тантре. 
Он говорит о том, что Кула это Адхарачакра расположенная ниже пупка, в которой пребывает психическая энергия, известная как Кундалини или Кулакундалини. Когда она поднимается вверх, она движется через центральный канал (сушумна нади), который также называют Кула. Она поднимается в высший, 1000-лепестковый лотос (Сахасрару), и из него начинает стекать нектар называемый Куламрита. 
В Каула-джнана-нирнае об этом говорится несколько иначе. Мы уже видели, что подобные термины в разных текстах называются по разному, например Сахасрара описывается здесь как: «всеохватывающий, неизменный, неразделенный, независимый, непоколебимый лотос». Нектар стекающий из этого лотоса, с помощью которого можно победить смерть, также известен автору Каула-джнана-нирнаи: «Нужно наполнить себя амритой, которая имеет природу Брахмы, поглощать ее надо очень медленно. Таким образом, за месяц можно победить смерть, это истинно, истинно!» 


Акула. 

Учение излагаемое в обоих версиях Акулавира-Тантры, не отличается от учения Каула-джнана-нирнаи. Термин «Акулавира», объясняется в 11-14 стихах этого текста: «В Нем (Акулавире), корень всех духовных достижений. Он является все-пронизывающим, когда Он постигается, ум становится неподвижным. Исчезают все мысли и прекращают действовать пять органов чувств. Это состояние, нельзя описать; ни как позитивное, ни как негативное, в нем нет ни принятия, ни отталкивания». 
«Это запредельное переживание Единства, вне концепций, не имеющее качеств, свободное от причины и следствия, пребывает по ту сторону иллюзорного мира». (Стих 32-34) 
«Это состояние называется Сахаджананда – спонтанное блаженство». (Стих 5) 
Абсолютно очевидно что, то, что называется в этом тексте «Акулавира», не отличается от того, что в предыдущем тексте называется «Кула». В Каула-джнана-нирнае, мы также встречаем термин «Акула»; «Кула проявилась из Акулы», «знающий Кулу, сущность которой – Акула». 
Бхаскарарая в своем комментарии, ссылается на авторитетные Тантры трактующие эти термины: «Кула это Шакти, Акула это Шива. Их 
союз назван Каула». Союз Шивы и Шакти (Самарасья), так же называется Кула. То же самое говорится в Куларнава Тантре: «Шива назван Акула, Шакти – Кула». 
Согласно этой интерпретации получатся, что первая группа текстов отдает предпочтение Куле, т.е. Шакти, а Акулавира Тантра отдает предпочтение Акуле, т.е. Шиве. Но судя по всему, это просто два разных способа восприятия Единой Сущности, высшее состояние во всех текстах описано одинаково. Хотя во второй версии Акулавира Тантры говорится, что Акула имеет второстепенное значение и что высшее состояние достигается только тогда, когда Он погружается в Кулу, т.е. Шакти.


Шива и Шакти. 

О взаимосвязи Шивы и Шакти говорят следующие стихи Каула-джнана-нирнаи: «Шакти растворяется в Шиве, Шива растворяется в Крие, Крия растворяется в Джнане, Джнана растворяется в Иччхе. Иччха-Шакти погружается в Самого Шиву». Здесь идет речь об изначальном, запредельном Шиве (Парама-Шиве) в котором растворяется весь объективный мир и творение прекращает свое существование. Здесь также говорится о трех аспектах Шакти, это: Иччха – воля, Джнана – знание и Крия – действие. Иччха – это воля к само-проявлению, Джнана – это осознание этого проявления и Крия – это тот аспект Шакти, который порождает все виды активности. На этом уровне знание является двойственным, так как здесь присутствуют; и познающий, и объект познания. Когда все три аспекта Шакти погружаются в Шиву, происходит совершенный союз Шивы и Шакти, и реализуется состояние Абсолюта. Это является Освобождением (Мукти). Если творческая энергия (Шакти) устремлена наружу и вниз, Она связывает с материальным миром, но если Она направлена внутрь и вверх, Она приводит к освобождению. Философия Шайва, добавляет два других аспекта Шакти; Чит – чистое сознание и Ананда – блаженство, но на самом деле эти аспекты принадлежат абсолютному состоянию Шивы. 
В другом месте Каула-джнана-нирнаи говорится, что Шива это Джива. Сама Джива определяется как изначальная, неизменная, вечная, запредельная, неделимая частица и она является все-пронизывающим Шивой. Джива это душа – Хамса, Шакти-пуджала – индивидуальная Шакти, Манас – разум, Прана – жизненное дыхание, Буддхи – интеллект, Читта – познающий элемент и жизненная энергия пронизывающая все сущее. Она называется Дживой, до тех пор, пока пребывает в материальном теле, когда она освобождается от него, она именуется Шивой. По всей видимости, под Дживой, здесь подразумевается освобожденная индивидуальная душа. Пока индивидуальная душа привязана к материальному миру, пока она пребывает в иллюзии двойственности и подвластна желаниям материального тела, она называется пашу. 
В другом месте Каула-джнана-нирнаи говорится о том, что Шива и Шакти неразделимы. Не существует Шивы без Шакти и не существует Шакти без Шивы. Они неотделимы друг от друга, подобно огню и его дыму, подобно дереву и его тени. 
Шива, в Каула-джнана-нирнае, представлен как Линга, который поддерживает весь мир, всеобщее творение и растворение также происходит по Его воле. Он назван Сиддха-Лингам, Манаса-Лингам, Мано-Лингам и Дэха-Лингам – так как Он расположен внутри тела. Мы уже обсуждали, что Кула, т.е. Шакти, неразделимо связанна с этим Лингой. В Его Бинду пребывает весь мир в непроявленном состоянии. 
Процесс творения и растворения непосредственно связан с концепцией Шива-Шакти. Как мы уже видели, Шива неотделим от Шакти и процесс творение происходит тогда, когда начинают разворачиваться различные аспекты Шакти, а растворение сотворенного мира начинается тогда, когда эти аспекты сворачиваются. Во второй главе Каула-джнана-нирнаи подобным образом описывается внутренний, йогический процесс. Шакти известная как Калагни-Рудра, пребывает в нижнем центре (Муладхаре). Существует семь нижних сфер, и семь верхних, называемых небесами. Творение существует до тех пор, пока огонь Калагни-Рудры пребывает в нижней сфере, но когда он начинает, поднимается вверх – это начало процесса растворения.

 

Кала, Нада, Бинду.



Хотя понятия Бинду, Нада и Камакала поверхностно упоминаются в Каула-джнана-нирнае, эти термины все же требуют отдельного комментария, так как они тесно связанны с Шакти-таттвой.

Бинду это потенциальная энергия Махалинги (Шивы) – причина творения и сохранения (мира). В нем пребывают все формы энергий в неподвижном состоянии. Как сказано, Бинду и Нада это единая Шакти. Еще он описывается как нектар (амрита) устраняющий старость и болезни: «Все очищается лучами высшего Бинду, Он обладает Камакалой и навсегда останавливает распад тела». Этот нектар, обладающий Камакалой, является источником вечной жизни. «Это высшее состояние Сахаджи, чистое как бриллиант, сияющее подобно разноцветным звездам в небе, причина творения и растворения, пребывающая за пределами даже Кулы и Акулы». 

Обычно Бинду объясняется как творческий импульс Парамашивы, пребывающего в неразделимом союзе с Парамашакти. Из Бинду возникает изначальный звук – Нада, который дает начало всему мирозданию. В Камакалавиласе Пуньянанды, он описывается как Махабинду, который возникает в сфере сознания в тот момент, когда скопление лучей Парамашивы спроецированы наружу (вовне), в своей первой спонтанной вибрации (вимарша). В этот момент в Парамашиве возникает само-осознание (ахамкара), и Бинду является символом этого сознания. Кала является неотъемлемой энергией этого Бинду, и за счет своей притягательной силы она названа Камакала. Бинду является троичным, он содержит в себе источник: мата, маннам и мейам, т.е. субъект, объект и действие (познающего, процесс познания и объект познания). Камакала состоящая из этой троичной энергии Бинду, названа Трипурасундари.

Бинду это так же сущность звука, из него возникают: мантра, варна и пада, т.е. мистическая формула, буквы и слоги. В Каула-джнана-нирнае, как и в других Тантрах, мантры и буквы играют очень важную роль, а так же рассматривается их мистический источник. Матрика-варны или буквы, которые олицетворяют звуки, упоминаются в нескольких местах этого текста. Также рассматривается процесс возникновения звука и говорится о его четырех состояниях: стхана, дхьяна, варна и лакша. Стхана это пинда, дхьяна это пада, варна это форма (рупа) и лакша это бесформенность. Обычно эти термины используются для объяснения происхождения музыки: «Нада это душа музыки…Нада выражает себя как варна – буквы; пада или слоги возникают из варны; из пады возникает вак – речь и через нее происходит общение. Таким образом, весь мир зависит от Нады. Звук Нада, зарождается в пинде, он бывает двух видов, ударным и безударным» (Сангитаратнакара). 

Пинда это местопребывание изначального звука – Нады или Шабда-Брахмана, она расположена в теле, ниже пупка и в тантрических текстах называется Муладхара. Когда звук Нада приводится в действие, он начинает развиваться от менее выраженного к более выраженному (переходит из тонкого состояние в грубое), проявляются буквы, слоги и речь. Подобным образом происходит пробуждение мантры, определенной формулы, выражающей мистическую энергию.





Мокша.



В Каула-джнана-нирнае часто говорится о духовном освобождении (Мокше или Мукти), но в особенности этой теме посвящена восьмая и семнадцатая глава. Мы уже рассматривали что, освобождение заключается в подъеме духовной энергии (Кулы), тогда как Ее противоположное движение приводит к связанному состоянию. Освобождение может быть достигнуто через преданность Линге, расположенного в теле. Оно также достигается посредством осознания Хамсы, который пронизывает все, и является источником вселенной. Посредством этого осознания, разум обретает вне-мирское состояние (унмана), и его не затрагивают ни грех, ни добродетель. Такая внутренняя самореализация и означает освобождение. Хамса или Шива дарует как освобождение, так и наслаждение. Тот, кто реализовал в себе Шиву и познал Его действия на земле, может так же освобождать других (Глава 17). Природа Хамсы описана в 17 главе. Абсолютный Повелитель движется в теле, незатронутый ни грехом, ни добродетелью, Он остается всегда чистым и незапятнанным. Он неизмеримый, непостижимый и пребывает за пределами всего негативного и позитивного. Он неразрушим, не подвержен распаду и проявлен на земле в форме индивидуальной души. Как только постигается природа Параматмы и реализуется внутренний Атман, мгновенно происходит духовное освобождение.

Тантры, как и другие мистические системы, главным образом настаивают на практическом применении учения. Так как достаточно трудно выразить словами, то состояние, которое переживается в процессе духовного развития, основное внимание уделяется методам, посредством которых это состояние может быть вызвано. Хотя освобождение является главной целью этой школы, в тексте также описаны методы обретения сиддхи – психических способностей, которые дают возможность садхаке наслаждаться блаженством и влиять на ход различных событий для блага человечества. Далее мы рассмотрим их практические аспекты.





Форма поклонения.



«Нужно оставить поклонение внешнему Лингаму, сделанному из камня, глины или металла». «Только преданность внутреннему Лингаму приводит к успеху». «Нужно поклоняться Ему, используя цветы разума, сладкий запах ладана и прочие вещи. Первый цветок это ненасилие, второй контролирование чувств, третий великодушие (щедрость), четвертый правильное различение, пятый это сострадание и шестой свобода от жестокости. Седьмой цветок это медитация и восьмой знание. Тот, кто знает эти принципы, относительно цветов, должен поклоняется внутреннему Лингаму. Почитающий тело этого Лингама, обретает наслаждение и освобождение. Деви, этот Лингам, дарующий сиддхи, прочно и крепко установлен в теле. Тот, кто всегда медитирует на Него, достигает превосходства и высочайшего самопознания».

«Деви, не стоит беспокоить себя изучением 18 Локашастр, таких как Адхьйатмика и прочие. О Махадеви, эта обеспокоенность причина существования пашу, лишенных знания. Те, кто следует путем духовного знания (дивья), не должны общаться с невежественными, их пути бесполезны, и лишены знания Кулы».





Дхьяна-йога.



Как мы видели, в этом тексте не одобряются внешние формы поклонения и основной акцент сделан на развитие ума. Это естественно указывает на медитацию, которая согласно Тантрам является главной практикой для раскрытия психического потенциала. Эту тему рассматривает 14 глава Каула-джнана-нирнаи. Там описываются различные переживания, которые испытывает человек во время практики медитации.

Сначала ощущается дрожь во всем теле, руки, ноги, голова, все начинает вибрировать; потом слышаться различные виды звуков в сердце. Затем проявляются различные психические силы, такие как; способность подниматься над землей, поэтический дар, знание прошлого и будущего, способность принимать любой образ, свобода от старости и болезней, способность перемещаться по воздуху, восемь видов сиддхи и прочее.

Эти переживания являются более или менее общими, для различных школ системы Каула, но в Каула-джнана-нирнае, упоминаются некоторые исключительные способности, которые также можно обрести согласно традиции Йогини-Каула (школы основанной Матсьендранатхом). Например, такие как, способность видеть на большом расстоянии, способность проникать в другие тела и т.д. Различные божества, такие как; Брахма, Вишну, Яма, Индра, Варуна, Вайю, различные полубоги, планеты, фактически вся вселенная воспринимается внутри своего собственного тела. Тем, кто практикует медитацию, Шива дарует все, включая восемь видов сиддхи.

В той же главе Каула-джнана-нирнаи говорится, что посредством регулярной практики йоги можно обрести любые сверхспособности. Такие как; передвижение с большой скоростью, способность останавливать старость и смерть, сила творить и разрушать и т.д., как сказано, можно стать даже подобным Самому Шиве. Но высшее состояние, которое может быть достигнуто посредством практики йоги, описано в 82 стихе. Там сказано, что высшее состояние реализуется тогда, когда ум не зафиксирован на каком либо объекте иллюзорного мира. Это неподвижное, лишенное мыслей и отсутствия мыслей, пустотное и безличностное осознавание называется Унмана. Оно позволяет видеть прошлое, настоящее и будущее, и жить вечно.

Ум проникает в Кчехари-чакру (через Брахмарандху) и пьет нектар, обладающий природой Камакалы, чистый как бриллиант и сияющий как звезды. Через это достигается совершенное состояние Сахаджи, пребывающее вне творения и растворения, и даже вне Кулы и Акулы.





Сахаджа.



Каула-джнана-нирная, также называет состояние Сахаджи, высшим состоянием реализации. Оно достигается посредством пробуждения определенной чакры внутри тела. Его также называют Ваджра, а метод реализации, соответственно Ваджра-йога. Когда пробуждается Сахаджа-чакра, тело становится крепким как Ваджра (алмаз), неподверженным ни болезням, ни разрушению, а разум достигает состояния совершенной чистоты и спокойствия.

Состояние Сахаджананда, подробно описано в двух версиях Акулавира Тантры.

Оно описывается как вездесущее и всеведущее. Это сущность всех духовной достижений, ум, достигающий его, становится неподвижным, звуки, образы, запахи, прикосновения и все остальные ощущения растворяются в нем. Оно ничего не создает и не разрушает, свободно от всех качеств, это состояние абсолютного покоя и полноты.

Далее оно описывается как невообразимое переживание блаженства, свободное от привязанностей, волнений и закона причины и следствия. Это само-сущее, всеохватывающее состояние единства и блаженства пребывает за пределами иллюзорного мира. Когда оно достигнуто, исчезает всякая двойственность и садхака сливается с объектом своего поклонения. Он больше не нуждается; ни в практике йоги, ни в совершении жертвоприношений, ни в соблюдении постов, ни в медитации, ни в мантрах, ни в омовениях, ни в каких либо других очистительных обрядах этого мира. Он выше этого. Ни грех, ни добродетель, больше не затрагивают его, он свободен от печали и пребывает на земле, подобно прокаленному семени, которое больше не даст всхода, подобно дереву без корня которое не вырастет снова.





Мистические силы.



В Каула-джнана-нирнае сказано что, когда посредством мантры или медитации пробуждается Шакти, то обретаются различные мистические силы.

1. Пашастобхам, сила подчинять; ниграхануграхам, способность наказывать или даровать благо; краманам, способность проникать в другие тела; харанам, достижение любой цели; пратимаджалпанам, способность делать образы говорящими; гхатапашанаспхотанам, способность разбивать камни и кувшины (силой сознания). Текст утверждает, что эти вещи достигаются через произнесение определенных мантр.

2. Марана, способность убивать; уччатана, способность подчинять умы других; стамбха, способность парализовывать; моха, способность создавать иллюзии, ослеплять; шантика, способность умиротворять враждебно настроенных божеств; пауштика, способность увеличивать размеры тела; акришти, способность очаровывать; вашам, способность подчинять и контролировать других. В основе этих способностей также лежит практика произнесения определенных сочетаний мистических слогов.

3. В процессе йогической практики также обретаются: красноречие, свобода от болезней, поэтический дар, способность слышать на большом расстоянии, способность подниматься над землей, способность привлекать Йогинь, способность останавливать старость, способность перемещаться с огромной скоростью, способность принимать любой образ и прочее.

4. В восьмой главе Каула-джнана-нирнаи, сказано, что существует восемь особых сочетаний Видьи (мантры), каждую из которых нужно практиковать в определенной чакре, и тогда сиддхи будут реализованы. Среди них способность подчинять, привлекать Йогинь, входить в другие тела, слышать на большом расстоянии и прочие.

5. Обретение долголетия: Как мы уже видели, в этом тексте часто упоминаются методы, посредством которых можно остановить распад физического тела и достичь бессмертия. Одним из них является практика высвобождения нектара из высшего лотоса, именно этот нектар останавливает процесс старения и дарует бессмертие. Кроме того, эта практика способствует отстранению ума от мирской активности и погружению в изначальное состояние. К этому результату можно прийти различными методами, практикой мантр, дхьяна-йогой и прочими.







Йогини-Каула Матсьендранатха и тантрический буддизм.



Как мы уже видели, школа основанная Матсьендранатхом известна как Йогини-Каула. Мы уже рассматривали, что Матсьендранатха и Луипа по всей вероятности, являются одной и той же личностью, и учение его школы имеет много общего с буддийским мистицизмом, об этом свидетельствует писание Сиддхачарий. Писание Сиддхачарий отчасти сохранилось в Апабхрамше и Бенгалии. Основное учение, излагаемое в нем, это учение Сахаджи, которое является высшим состоянием йогина. В этом состоянии его ум растворяется в пустоте и йогин освобождается от концепций существования и не-существования, лишенный всех качеств, он пребывает за пределами иллюзорного мира. Свободный от всех концепций, грехов и добродетелей, йогин переживает абсолютное единство с Буддой и всем мирозданием.

Как мы уже видели, об учение Сахаджи подобным образом говорится в Каула-джнана-нирнае и оно подробно рассматривается в обеих версиях Акулавира Тантры. В этих текстах оно определяется как состояние, в котором ум становится неподвижным, и в нем растворяются все звуки, образы, запахи и прикосновения. Это переживание совершенного покоя и полноты, в котором ум лишенный всех качеств, ничего не создает и не разрушает, и йогин полностью сливается с объектом медитации и всей вселенной. «Он – Сама Богиня, Сам Бог, ученик и Учитель, он – и сама медитация, и тот, кто медитирует, и объект медитации». (Акулавира Тантра)

Писание великих Сиддхов полностью игнорирует все традиционные учения и говорит о том, что освобождение не достигается внешним очищением. Сарахапада в своем тексте Дохакоша, говорит, что высшая истина не может быть реализована посредством изучения Вед и Сутр. Ее не возможно достичь внешними обетами, соблюдаемыми джайнскими и буддийскими монахами, она не достигается; ни механическим повторением мантр, ни концентрацией, ни медитацией, ни внешним поклонением, ни очистительными ритуалами.

Та же самая позиция высказывается и в нашем тексте. Каула-джнана-нирная неоднократно говорит о бесполезности всех традиционных учений и делает основной акцент на развитии ментальной силы и практике йоги. А Акулавира Тантра, еще более настойчиво осуждает различные религии, философские системы и общепринятые обряды, такие как хома, соблюдение постов, омовение в святых местах и прочие формы внешнего поклонения.

Третий момент взаимосвязи между буддийской тантрой и нашим текстом, заключается в перечислении Кул. Буддийские Тантры, как правило, упоминают пять Кул: Нати, Раджаки, Домби, Чандали и Брахмани. Так же говорится о том, что различные виды Йогинь и Дакинь пребывают в разных местах паломничества, выражая собой Саму Шакти. Эти места паломничества расположены внутри тела и связанны с определенными йогическими каналами (нади). Согласно Буддийским Тантрам, существует четыре основных типа этих мест: питхи, упапитхи, кшетры и чандохи. Иногда упоминаются также упакшетры и упачандохи. Питхи, это: Джаландхара, Удияна, Арбуда и Пурнагири (согласно другим источникам, это: Джаландхара, Удияна, Камарупа и Пурнагири). Упапитхи, это: Малава и Синдхунагара. Кшетры, это: Муммини, Девикота и Кармарапатака. Хеваджра Тантра упоминает также имена упакшетр и чандох. Среди упакшетр названа Годавари, а среди чандох и упачандох: Харикела, Саураштра, Калинга и Чарита.

Каула-джнана-нирная также упоминает о различных святых местах и связанных с ними Йогинях. Святые места распределены по нескольким категориям: Питхи, Упапитхи, Кшетры, Упакшетры и Сандохи. (Сандохи, это видимо то же самое, что Чандохи в буддийских текстах). Питхи, это: Камакхья, Пурнагири, Удияна и Арбуда. Среди Кшетр названы: Кавира, Махакала, Девикота, Варанаси, Праяг, Чарита, Экамра, Аттахаса и Джаянти. Йогини, пребывающие в этих святых местах названы Питхаджи и Кшетраджи. В тексте также перечислены и другие виды Йогинь: Йогаджи, Мантраджи, Сахаджи, Куладжи и Антьяджи. Сахаджи это замужние шакти, Куладжи это проститутки и Антьяджи это шудрани (неприкасаемые). Согласно Каула-джнана-нирнае, это как внешние, так и внутренние формы Шакти, и текст говорит о том, что они должны быть реализованы внутри тела. Описываются различные качества этих аспектов Шакти и указываются их внутреннее месторасположение.

15 глава Каула-джнана-нирнаи называется «Парамаваджрикаранам», что можно перевести как «Посвящение в культ великой Ваджры». Насколько мне известно, «Ваджра» это преимущественно буддийский термин и он редко встречается в брахманистких Тантрах. Это также указывает на близкий контакт традиции Каула-джнана-нирнаи с буддийской Тантрой.

И последнее. Мистический язык, используемый в некоторых местах Каула-джнана-нирнаи, больше похож на язык буддийских текстов, чем брахманистких. Например, названия мистических сил, таких как шантика (способность умиротворять) и пауштика (способность увеличивать размеры тела), как правило, не встречаются в брахманистких Тантрах. Зато они часто упоминаются в буддийских тантрических текстах, таких как Татхагатагухьяка, Джнанасиддхи и Махавьютпатти. Описывая мистическую еду и напитки, Каула-джнана-нирная говорит о пяти вечно чистых субстанциях, это: священный пепел, шукра (семя), ракта (менструальная кровь), вино и гхи (топленое масло). Из еды перечислены такие продукты как; мясо собаки, кошки, верблюда, шакала, лошади и прочих животных. Подобные вещи также упоминаются в тексте буддийского автора Анандаваджры, Праджнопая-винишчая-сиддхи, в Джнанасиддхи Индрабхути и в Татхагатагухьяке.

Близкое сходство Йогини-Каулы Матсьендранатха и тантрического буддизма указывает на единую, глубинную основу как брахманической, так и буддийской мистической системы.





Обзор манускриптов имеющих отношение к Матсьендранатху и его школе.



Шрикама-гухья-сиддхи, этот текст впервые рассматривал П. Х. Шастри. Большая часть манускрипта утеряна, а оставшаяся хранится в Дарбарской библиотеке. На нескольких сохранившихся пальмовых листьях записаны имена следующих учителей: Шри Шрикантхадева, Шри Кхагишанатха, Шанкарадева, Кадамбагурунатха, Анантадева, Авьяктагурунатха, Сакшадакшадева, Самайагурунатха, Пингаладева, Удайагурунатха, Шри Чинчинатха, Шри Аджнанатха. 

Шри Вининатха, Ушнишанатха, Тивранатха, Маунишанатха, Локананатха, Митранатха, Чарьянатха, Шаштханатха, Матангишанатха, Кучандранатха, Шила-Шекхаранатха, Адхаранатха, Курангинатха, Чакришанатха, Махендранатха, Каулишанатха, Вималанатха, Ананданатха, Валинатха, Атитанатха, Прабхунатха, Йогешанатха, Атитанатха, Чарьянканатха, Кхагендранатха, Курманатха, Ме…натха, Маччендранатха, Угранатха, Хадьянанданатха, Кундалананданатха, Чакрананданатха, Чандрананданатха, Шрингатаканатха, Биндунатха, Кшатинатха, Авьяктанатха, Трипурананданатха, Шри Утшушманатха, Винаяканатха, Утмабхунатха, Унмананатха, Кинкининатха, Конкананатха, Патанганатха, Карандхранатха, Мадантанатха.

Существует список восьми Сиддха-Матрик под названием Кулашатака, в нем указанны их местопребывание. Брахмани в доме проститутки в Праяге; Махешвари в доме торговки вином в Варуне; Кумари в доме рыбачки в Колапури; Вайшнави в доме кхатики (?) в Аттахасе; Варахи в доме кантуки (?) в Джаянти; Аиндри и доме прачки в Чаритре; Чамунда в доме (?) в Экамре; и Махалакшми в доме кауштаки в Девикоте.

Этот список из другого манускрипта (Нитьяникатикала), был обнаружен П. Х. Шастри в Дарбарской библиотеке. Он написан на 23-ем листе манускрипта, где указанны восемь направлений этих святых мест: Праяг на востоке; Варуна на юго-востоке (Агни); Колапура на юге; Аттахаса на юго-западе (Наиррита), Джаянти на западе; Чаритра на северо-западе (Вайявья); Экамра на севере и Девикота на северо-востоке (Ишана). Возможно, в указании некоторых направлений была допущена ошибка, так как известно, что Чаритра это Чаритрарупа, а Экамра это Бхуванешвар, и они оба расположены в округе Пури, штата Орисса.



Акулагама Тантра, поздний манускрипт, написанный на 52-х бумажных листах, поделенных на 9 секций. Сохранен в Дарбарской библиотеке. В колофонах указанна дата 1671 г. Хотя этот текст не содержит имени Матсьендранатха, не вызывает сомнений что он вдохновлен учением его школы. Имя Ишвара, в тексте, отождествляется с именем Акулавира.

В первой части объясняется практика йоги, состоящая из нескольких ступеней: асана – позы тела; пранасамродха – управление жизненной энергией; пратьяхара – отстранение чувств от внешних объектов; дхарана – концентрация мысли; дхьяна – медитация и самадхи – духовный экстаз.

Во второй части рассматриваются такие понятия как: карма и акарма, дхарма и адхарма и мукти (духовное освобождение).

В третьей части описываются пять макар: мамса (мясо), матсья (рыба), мудра (зерно), мадира (вино) и майтхуна (сексуальный союз), о них говорится как о средствах осуществления йоги. Особое значение придается внутренней сути этих вещей и говорится что: «Тот, кто чрезмерно использует внешние; мясо, вино и пр., тот отправляется в ад».



Горакша-шатака, поздний манускрипт, написан на бумаге, хранится в Дарбарской библиотеке. Начинается со стихов:

«ОМ, Горакша начинает сто стихов Хатха Йоги. Я склоняюсь перед великим Матсиендранатхом, кто высшее счастье, находясь рядом с которым, любой становится ничем, только знанием и счастьем. Я ежеминутно преклоняюсь перед тем, кто восхвален как йог, через практику адхарбандхи и других упражнений, в лучах неизменного внутреннего света его души, отсчитывающего время через юги и калпы, в ком находится сама божественная сущность, кто океан счастья, принявший форму, кто превосходен в обоих качествах - выраженного и невыраженного, кто есть гуру Шри Матсиендранатх.»

Далее в тексте описываются различные ступени йоги, а так же система тонких каналов и чакр.



Горакша-бхуджанга, бумажный манускрипт 1652 г., сохранен в Дарбарской библиотеке. Состоит из девяти шлок посвященных Горакше, написанных Лакшмидхарой, который называет себя преданным короля Горакши.



Горакша-сахасранама-стотра, поздний манускрипт, написанный на бумаге, хранится в Дарбарской библиотеке. В шлоках этого текста содержатся не верные сведения о месте рождения Горакшанатха.

Горакша-самхита, бумажный манускрипт, написанный на бенгали в 16-17 веке, хранится в Дарбарской библиотеке. Текст составлен в форме диалога между Деви и Ишварой. Первая часть повествует о творении мироздания, описывает различные каналы и чакры, а так же упоминает шесть островов расположенных в различных частях тела; Джамбу, Куша, Шака, Шалмали, Плакша и Пушкара. Далее говорится что, эти острова окружены океанами; соли (лавана) – мочи (мутра); молока (кшира) – семени (шукра); сахара (икшу) – пота (расамамса «жидкость, выделяемая плотью»); воды (нира) – жира (раса); вина (сура) – крови (шонита). 

Треть часть называется «Садашивасамвада Махананда» и в ней содержится основная концепция этой школы, которая практически не отличается от той, что изложена в Акулавира Тантре.

Нитьях-ника-тилака, манускрипт 1395 г., рассматривался Х П. Шастри. Согласно колофонам, текст принадлежит традиции Пашчима-шасана, которая видимо, не отличается от традиции Каула, так как в нем представлен длинный список Учителей с указанием их места рождения, среди которого мы находим имя Матсьендранатха.

ОМ ШАКТИ! ОМ ТАТ САТ!